Урожай собрать не просто

Мне так понравилось раздавать задания братьям, что под вечер я созрела для продолжения воспитательных работ и решила по совету фабриканта еще разок осчастливить Ласа своим «доверием». Постучала в дверь его комнаты – ответом мне было молчание. Постучала еще раз – ничего. Ну ладно, Лас ушел, но вот Ивар обычно в это время корпит над своими фолиантами так, что над пером вьется легкий дымок.

Я аккуратно приоткрыла дверь и увидела страшное: не было не только братьев, но и мешков с семенами. Если с отсутствием первых я еще могла смириться, решив, что они вышли по каким-то своим естественным или не совсем естественным нуждам, то вот моему будущему урожаю вряд ли понадобился бутерброд с колбасой для крепкого сна или уединение в маленькой квадратной постройке рядом с домом.

Не зная, что и подумать, я кинулась к соседней двери в надежде, что у Ефима с Михеем найдутся какие-то логичные объяснения. Но ни Ефима с Михеем, ни тем более логичных объяснений там не было. И самое страшное: не было семян…

Понимая, что дело принимает скверный оборот, я забарабанила в третью дверь.

– Кто там? – Голос Оськи звучал настороженно.

– Это я!

– Заходи, только убедись, что рядом с тобой никого нет.

От неожиданности такого предостережения я даже оглянулась, но потом опомнилась и сердито вошла в комнату. Помещение оказалось забито под завязку: во-первых, моими братьями, за которых я переживала, и, во-вторых, мешками с семенами, за которые я переживала еще больше.

До моего прихода мальчишки явно что-то обсуждали, лишь Ерем пытался писать за своим столом, но мешок с семенами с одного бока и острая коленка Ивара с другого мало этому способствовали.

– Что здесь происходит? – задала я закономерный вопрос.

– К нам в комнату кто-то пытался залезть, – сообщил Ивар.

– И что вы сделали?

– Я открыл окно и пригрозил им, что прокляну именем богов.

– Ага, – фыркнул Ефим, – особенно если вся эта священная сила была вложена в удар оконной рамой по голове злоумышленника.

– Что с ним стало?

– Да леший его знает, мы потом под окном ничего, кроме следов, не нашли.

– А мне почему не сказали?

– Ты же у нас «хрупкая», плакать еще начнешь, – передразнил разбойник, – сами как-нибудь справимся, иди, спи.