Корпулентные достоинства, или Знатный переполох Часть 2

После чего воинственно уставилась на этого брюнетистого гада!

На несколько долгих минут в комнате повисла давящая тишина. Было видно, что мужчина что-то напряженно обдумывал:

— Простите, Евдокия, — наконец, тихо попросил, опустив взгляд. От чего все мое возмущение как-то сразу схлынуло. — Я правда думал, что вы просто, как говорят русские, ломаетесь, — он сделал ко мне шаг и заговорил еще тише и проникновеннее: — Я ведь представлял, как вы, разнеженная, лежите в окружении этих цветов, вдыхаете их аромат, думаете обо мне, и мягкие лепестки касаются вашей обнаженной кожи… — он протянул руку, чтобы погладить мою щеку.

Я от таких откровений поначалу опешила, но вовремя опомнилась и отступила на шаг:

— Знаете, Френсис, я вас, наверное, удивлю, но у роз, которые вы мне присылали, очень много острых шипов, и если бы я улеглась на подаренное вами богатство, то последнее, что ощутила бы — это мягкость лепестков. Но если вы так настаиваете, то я бы с удовольствием усадила на подобное ложе вас.

Некоторое время он напряженно всматривался в мое лицо, а потом запрокинул голову и расхохотался:

— Евдокия, вы неподражаемы! Неужели вы напрочь лишены романтики?

— Вас это может удивить, но романтика в моем представлении должна хоть как-то соотноситься с практичностью. Поверьте, если ваш голый зад познакомится хотя бы с одним шипом, вы тут же примете мою точку зрения. — Заинтересованный мужской взгляд почему-то метнулся к моим вторым пока еще не девяносто.

— Евдокия, чем больше я с вами общаюсь, тем больше убеждаюсь, что хотел бы свести с вами более близкое знакомство. Но вы упорно не даете мне и шанса! Почему? Я же вижу, что вы сразу имели в отношении меня некоторое предубеждение.

— Что, вам уже не хочется со мной поквитаться за ароматическую атаку? — решила я соскочить с темы личных отношений.

— Хм… звучит неплохо: ароматическая атака… — Он задумчиво отпил несколько глотков. — Но нет, не хочу. Вы довольно доходчиво объяснили мотивы этого поступка. Хотя, признаюсь, поначалу я собственноручно хотел вцепиться в вашу нежную шейку. До сих пор руки чешутся…

— И я могу вас понять, — улыбнулась. — Но все же советовала бы вам держать руки при себе.

— Евдокия, почему же вы так настойчиво отталкиваете любые мои ухаживания? — он смотрел пристально, изучающе.