Вот это попадос!

— Нет уж!

Я, злая, сонная и голодная, вылезла в холодную и жестокую реальность из сладкого сна, а то идти нам еще прилично, и когда удастся поесть — неизвестно.

Утро, начавшееся преотвратно, продолжилось еще более мерзко: заморосил дождь, мелкий, но частый и по-осеннему холодный. Серые тучи затянули небо, так что надежды, что может распогодиться, никто не питал. Радовался только Ульт: ему понравилось рассекать в облаках. Эльф приказал ему летать над лесом, чтобы с дороги не было видно, и высоко не подниматься.

— Авардон близко, не стоит рисковать и лишний раз привлекать внимание, — пояснил он.

Насколько столица королевства Эдмирдей близко, мы поняли только к полудню, когда далеко впереди будто из-под земли выросла длинная, почти во весь горизонт, укрепленная стена, вокруг которой, как опята на пеньке, стояли разномастные постройки. Над всем этим возвышался шпиль Башни магии, теряющийся в низких облаках.

— Вот мы и пришли, — темный эльф улыбнулся, но улыбка вышла грустной.

Ему тоже было жаль, что наше путешествие заканчивается.

— Луаронас, пойдем дальше со мной?

Мне ужасно не хотелось его отпускать. Как он там один без меня?

— Нет, мы возвращаемся. Видишь, Ульт начал летать, разрешение на полет у нас есть, так что не засекут. По воздуху я покину эти земли за несколько дней, а там и до наших гор рукой подать.

— А в горах? — именно факт возвращения блудного эльфа домой заботил меня больше всего.

— Не пропаду, не бойся. Буду брать пример с тебя в твоем умении выживать и всегда выкручиваться.

Я только тяжело вздохнула. Темный не изменит своего решения, а мне в таком случае остается лишь верить в него.

— Желаю тебе удачи, — положив руки на худые плечи, сказала я, стараясь не выдать своих чувств голосом.

Не хотелось, чтобы эльф запомнил меня льющей слезы в три ручья. Пусть помнит мою неотразимую клыкастую улыбку!

— И я тебе, — Луаронас отзеркалил мой жест. — Надеюсь, ты найдешь то, что ищешь.

— Постараюсь.

Я все-таки обняла темного, который, на удивление, не стал сопротивляться, а ответил мне тем же.

Ульт сидел в стороне, по-кошачьи поставив передние лапы и положив вокруг себя хвост. Он тоже всё понимал, так что без просьб вытянул свою длинную шею и положил мне тяжелую голову на плечо. Я обняла ящера — точнее, попыталась.