Вот это попадос!

Так что дальнейшее ожидание прошло с ароматом домашней колбасы, которой мне не досталось, отчего стало еще грустнее.

Тинарис пришел в разгар утра и был не один: вместе с ним явился темный эльф, которого мне до этого видеть не доводилось.

Я напряженно ждала, что же будет дальше. А дальше Тин достал злополучную луаронасовскую подвеску и выложил на стол.

— Вам знакома эта вещь? — спросил он у темного, по-прежнему не глядя на меня.

— Да, — эльф лишь мельком взглянул на украшение, не попытавшись дотронуться или посмотреть поближе.

— Насколько он был силен? — последовал следующий вопрос.

— Посредственность, — в ответе эльфа было столько пренебрежения, что кулаки у меня сжались сами собой.

— Приведите, — приказал Тин своим.

Из чулана-кладовки вывели Луаронаса. И только тогда незнакомый эльф проявил заинтересованность — наверное, заметил, что Луаронас теперь не слабак, а тот, кто мог противостоять большому отряду собратьев в одиночку.

— Это он?

— Да, — темный на мгновение остановил взгляд на перстне, составлявшим пару с подвеской.

Кстати, я никогда не обращала внимания, что они из одного набора: подвеска представляла собой небольшой овальный темный камень с вкраплением разноцветных драгоценных камней на серебристой цепочке. А кольцо — такой же черный с цветными искрами-вплавлениями камень, только квадратной огранки, в серебряной оправе.

— Мы готовы забрать младшего сына Дома Лар-Гентара, — темный требовательно посмотрел на Тинариса. Его тон не подразумевал просьбу, а больше походил на приказ. — И орку тоже. На человеческие земли мы пришли за ними.

— Не знаю, какие у вас к ним счеты, но у нас нет практики выдачи особо опасных преступников другим государствам.

Я выдохнула. К темным мне не хотелось ни при каких условиях и обстоятельствах. Иногда быть «особо опасными преступниками» даже полезно и выгодно.

— Люди часто пытаются скрыться от вашего правосудия в наших горах. Сейчас вы отдадите нам этих двух, а в следующий раз мы пойдем навстречу вам.

И все-таки темным эльфам не чужда дипломатия.

— Не в этот раз, — Тинарис был непреклонен.

— Вы уверены в своем решении? Подобный жест может расцениваться как недружественный по отношению к Сармандагару, о чем я буду вынужден сообщить старейшинам.