Вот это попадос!

Не найдя ее в одном кармане, ощупал другой, вытряхнул всё из куртки. Мы остановились, пока он потрошил свой вещмешок, но подвески-медальона нигде не было. Мы переглянулись, читая в глазах друг друга один и тот же вопрос: где? Если потерял на постоялом дворе — это ерунда, а вот если где-нибудь возле источника или у ручья, где эльф испытывал свою новую силу…

— Ладно, — попробовала я успокоить товарища, — в любом случае его еще нужно найти, а в высокой траве это не так просто, практически как в стогу сена.

— Маги найдут без проблем, — вздохнул темный. — Собственно, и мой брат их почувствовал, а не случайно нашел. И кольцо, и подвеска — сильные артефакты. Фон на поляне, где стоял источник, почти отсутствует, там бы его сразу почувствовали, остается место у ручья. Если фон от заклинания «Цепь молний» ослабнет, то артефакт станет заметен.

— Если он там. Вполне возможно, подвеска выпала где-нибудь в лесу или еще на дороге, когда мы только убегали от гарпий. На дороге его наверняка давно подобрали.

— Да кто паникует? — усмехнулся Луаронас. — Я уже привык, что у нас постоянно что-нибудь случается.

— Скажи, а что ты думаешь по поводу возможности уничтожения целого источника?

— А что я должен по этому поводу думать? Спроси у своего призрачного друга.

— В том-то и дело, что мой друг ничего не помнит. Во всяком случае, говорит, что не помнит, — уточнила под ироничный взгляд темного я.

— И ты ему, конечно, веришь?

— Он столько раз нам помогал, что причислить его к злодеям у меня просто не получается.

— Безусловно, какой из него злодей? Злодеи все, как один, старые и страшные.

— Не обязательно старые.

— Да, могут быть и молодыми, но совершенно некрасивыми. А такие смазливые и интеллектом обычно не обременены — куда им до вынашивания ужасных злодейских планов? Твой другой друг Рей, наверняка пользовавшийся успехом у женщин, точно бы подтвердил.

— Кстати, Тинарис говорил, что привлекательность и магическая одаренность очень редко идут рука об руку.

— У людей — да. Но, как ты заметила, сам Тинарис не урод, в нем течет эльфийская кровь. В том призрачном красавчике тоже могла потоптаться моя светлая родня. От нашей ветви я у него ничего не заметил, но через десять-пятнадцать поколений основные признаки смоются человеческой кровью, останутся только побочные, вроде возможности совмещения магии и красоты.