Путь Кочегара I-II

Окно выглядело слишком маленьким и крепким, чтобы всерьез спасаться бегством через него. Так что я решил принять бой в своей комнате. Главное – нельзя дать окружить себя.

Послышался треск сминаемого дерева. Верхняя направляющая сломалась под сильным давлением, и дверь с шумом рухнула на пол. Мелькнул росчерк темной кочерги. Орудие попало точно в лоб ближайшему головорезу со сверкающей лысиной. Бандит рухнул на пол, отправившись в глубокий нокаут, но вместо него в комнату проникли его подельники, в том числе и главарь в доспехах.

Позади неловко переминался тот самый негодяй, получивший от меня ударом в зубы. Судя по всему, боец из него теперь никудышный.

- Навались! Со всех сторон!

Слегка изогнутый клинок ударил по щиту, и я понял, что защищаться не так легко, как я представлял себе вначале. Но в то же время я осознал, что мышечная память тела помогает мне управляться с оружием и щитом. Очевидно, что прошлый владелец тела умел фехтовать, и мне передалась частичка данных умений. Я решил не придумывать ничего нового, а довериться инстинктам.

Кочерга заблокировала выпад бандита с кинжалом. Щитом я защитился от нападок второго. Мне удалось ткнуть кочергой одного из бандитов в живот, однако удар получился не слишком сильным. Постепенно я отступал назад, кольцо вокруг меня сжималось.

Носатый ударил своим длинным широким клинком, похожим на фальшион, и я принял удар на кочергу. Вот только его целью было не нанести мне прямой укол, как оказалось. Главарь прочертил клинком по орудию, из-за чего высек сноп оранжевых искр и грязного нагара.

Кончик фальшиона ушел вниз и коснулся моей кисти. Стрельнула резкая боль, я отклонился назад. Гарды у кочерги не было, чем мерзавец сразу же и воспользовался.

Я уперся в стену, глядя исподлобья на наседающих противников. Ярость клокотала в душе.

- Режем Ублюдка Ли! – скомандовал носатый, и его подельники с гоготанием набросились на меня.

Я выставлял щит, махал кочергой. Даже иногда попадал, но силы были явно неравны.

Противники наносили удары, пользуясь преимуществом в численности. Вскоре мои руки, ноги, тело и даже лицо обзавелись резаными и колотыми ранениями разной серьезности. Пол был усеян кровавыми брызгами. Не только моими.

Бой складывался явно не в мою пользу. Но в какой-то момент я обрел словно бы второе дыхание. Мне стало все равно, погибну я здесь или нет. Из глубины естества поднималась какая-то странная сила. Я почувствовал необычайную легкость.