Похоже, я доигрался. Том Первый

— И что ты тогда предлагаешь? – судя по звукам, Фиалка что-то сейчас тащила. -  Без примеров такой, как ты, не поймёт, а показать мне не на чем.

— Ну как это. Я могу к твоей капсуле подключиться, не?

— А, ну да. Тогда кидай ник, я позже тебя приглашу на трансляцию.

“А-А-А-А-А”, - едва не завизжал я.

Ай да женщина, ай да хитра.

— Да он длинный, я его не помню, хе-хе-хе, - с лицом имбецильной картошки я смеялся, как жаба.

— Знаешь, что Фрейд говорил по поводу мании делать всё длинн… - уже было начала усмехаться она.

— Давай я к тебе приду и напрямую к капсуле подключусь?

— А? – со странной интонацией протянула девушка. - Ты опять за старое? Ты в курсе, что это незаконно?

— Ну знаешь, будучи главой отдела, работать лишь два часа из заявленных одиннадцати тоже наказуемо в АльтерИнк. Но я же молчал.

— Тц, - цыкнула она. - Ладно, я всё равно в офисе допоздна, можешь прийти. Только у меня в игре нет свободного времени, поэтому будешь наблюдать за делами и попутно поглощать информацию.

— Так точно.

Приняв от мозга сигнал, нейромодуль вырубил телевизор. Полный решимости, я вскочил на ноги и побежал собирать раскиданные раннее вещи, как вдруг резко почувствовал головокружение. С каждым шагом темнота всё более наполняла глаза, а сердце быстрыми ударами барабана разрывало череп. Лишь вовремя оказавшийся под рукой угол стены не позволил мне повалиться на пол. В один миг тело пронзила дрожь, а из желудка наружу устремилась вся сегодняшняя еда.

Дерьмо, а я и забыл о подобном эффекте после погружения в капсулу. Насколько я понял из разговоров сотрудников моего отдела, если долго не заходить в капсулу, а потом резко пережить сильные эмоции внутри игры, то организм может не справиться. Видимо, со мной именно это.

Прислонившись спиной к стене, я медленно сполз на пол и тяжело задышал ртом.

С каждой минутой последствия резкого подключения исчезали, и на их место приходила сонливость. Спустя полчаса, едва держа глаза открытыми, мне удалось подняться и неуклюже одеться.

Лишь только настроение скакнуло за отметку “склонность к суициду”, шутки в голове вновь заиграли во всей красе. Что ж, это хорошо - жить буду.

В конце концов, я ведь обещал ей, что буду всегда улыбаться.