Похоже, вы доигрались. Том Второй

- “Это не простая невидимость”, - глаза мечутся по всему обозримому пространству. - “Но тогда что?” - взгляд суженных зрачков падает на ступившего в тень пацанёнка.

— Ч-что случилось? - с обеспокоенным лицом мальчик сделал шаг в мою сторону.

— БЕГИ ОТСЮ… - не успеваю заорать я, как во тьме формируется человеческий силуэт.

Разогнанный до предела мозг даёт мгновенную команду на спасение мальчишки. Заранее готовые к уклонению ноги тратят всю накопленную энергию на рывок в сторону убийцы, а предназначенные для обороны руки меняют положение и изо всех сил толкают парня.

Оказавшись на месте пацана, я с трудом отбиваю тянущуюся к воротнику руку и пытаюсь выровнять неустойчивое после рывка положение, но блеснувшая справа сталь вытащенного клинка заставляет пренебречь уверенной стойкой и перейти в наступление.

— Цеп, глаза! – приказываю я и разворачиваюсь в сторону убийцы.

Вылетевшая мышь проносится по пустому пространству и едва избегает столкновения со стеной.

“Дерьмо!” - уже было разворачиваюсь я на звук дребезжащего за спиной пространства.

Сияющий на солнце белоснежный клинок мелькнул возле шеи. 

Мне перерезали артерию.

Вмиг распространившийся холод лишил организм остатка сил и повалил меня на колени, заставив рефлекторно схватиться за место пореза. Словно толстая петля висельника, онемение обвивало шею и пускало ответную реакцию в каждый нерв тела – руки и ноги неумолимо тряслись, а глаза постепенно застилала тьма осознания скорой смерти.

— Хватайте мальчишку! – прорычал убийца. - Быстрее, твою мать, сейчас сюда придёт стража!

— Не-е-ет, уберите руки! – бился в истерике пацан.

Я лишь смотрел в землю и слушал звуки бессмысленной борьбы. Страх всё больше поглощал рассудок и норовил раскрошить крупицы самообладания, ибо всё, что мне подвластно – лишь держаться за порез и осознавать собственную беспомощность.

Я слышал крики доверившегося мальчишки, глухие удары похитителей по маленькому телу и стучащую в ушах кровь. Понимал, что если никто не подоспеет на помощь – мне конец. 

Но проходили секунды тщетных попыток найти оправдание собственной слабости, и я всё больше осознавал одну простую истину – человек с перерезанной артерией не может так долго находиться в сознании.

— Хах… - негромко ухмыльнулся я.