Реверсивный самоубийца

Моя аура теперь пассивно существовала за пределами материального. Причём, я даже сомневался, что это именно что «аура», а не что-то другое. «Это» постоянно охватывало довольно большую область вокруг меня и по одному желанию могло прорваться в материальный мир, давая мне просто гигантскую область контроля пространства. Причём, моя сила пассивно не имела какого-то оттенка, она прекрасно мимикрировала под окружение и никак не тревожила естественное течение энергии.

Пустота не была нетерпеливой. Она умела поджидать, прятаться среди обыденных вещей и обманывать человека до последнего, на самом деле и не пытаясь его обмануть: люди сами успешно себя обманывали.

— Что мы имеем? — немного помолчав, нарушил тишину я. — Теперь у Моруса есть не только кровь прямого потомка ППОЯШа, но и ветвь. Напомни мне, Верховная Богиня Леса, как так вышло.

— Вы смогли поглотить большую часть атаки, но остаток мог навредить моему лесу. Я не могла этого допустить.

— И поэтому, оставив своих подданных на съедение нежити, ты ослабила защиту?

— В… в столице всё ещё было м-много… — почувствовав, как вновь задул холодный ветер, Богиня покорно склонила голову.

Даже если у Богинь и была какая-то своя гордость, то перед злобной хренью на её территории они не смели её проявлять.

В этой ситуации меня бесило в первую очередь не похищенная ветвь. И даже не то, что встречу с моей лисодевочкой прервали самым наглым образом. Кое-что другое. Связанное, как ни странно, тоже с Рин.

Природа больше практически не сдерживала нежить, и та массово хлынула к Великому Дереву.

Учитывая, что этот мир стремился к deep dark, неожиданную смерть Рин я бы воспринял без особого удивления. Потом, правда, окончательно слетел бы с нарезки. На том моё маленькое «приключение» можно было бы и заканчивать.

В голове я себе поставил пунктик, что оставлять защиту дорогого чело… дорогой лисодевочки на кого-то, кроме условной Айры, больше не стоит. До последнего я верил, что, млять, Верховная Богиня сможет справиться с такой вещью, как защита собственного народа и личного шедевра, но оказалось, что — нет.

А, нет. Рин со своей задачей справилась на пять с плюсом: ложь осталась незамеченной, и сейчас все свято были уверены в том, что бухой гном на самом деле прекрасный эльф, как и отец ходячей инфузории туфельки всё это время принимал активное участие в защите леса.