Его огонь горит для меня. Том 2

Но если магией не зачаровать, то ничего через межмировой портал не протащить.

— Ты успел поговорить с Келаем? Много детей привезли?

— Много. Но годжика действительно помогает, я уже отправил гонцов. К счастью, сейчас уже можно сказать, что эпидемию удалось сдержать. Маги хорошо поработали и отправили зов вернуться всем, кто мог быть заражён даже теоретически. Другие города готовы предоставить магов и лекарей, в основном студентов, конечно, но им это зачтётся как практика, а нам нужны рабочие руки. Я принял предложение Магистрата, мы ждём сто студентов, нескольких преподавателей и лекарей уже сегодня.

Станет проще.

Я уткнулась лбом в его плечо и вздохнула.

— Надеюсь, что этого хватит. Сколько вообще детей в столице?

— Откуда мне знать? — недоумённо спросил Ринар.

— Ну как же? А перепись населения?

— А для чего она нужна?

— Вот для таких случаев, чтобы хотя бы примерно представлять, сколько у тебя людей, сколько детей, кто живёт в достатке, а кто голодает.

Молодой император задумчиво глядел на меня.

— Такого не делали, но я понимаю, о чём ты. Данные о взрослых есть у сборщиков налогов, но по каждому городу они свои, да и касаются взрослого населения, детей не учитывают. Когда закончим с эпидемией, то сделаем перепись, если ты этого хочешь. Будем знать, сколько у нас подданных.

Впервые за всё время я действительно смутилась. Подданные? У меня? Да я же вчерашняя студентка. Что я могу сделать? С другой стороны, у меня уникальный опыт. Вот не было в Арластане больницы для бедных, только семейные или городские лекари, а теперь будут клиники.

Я решила осторожно продвинуть новую идею.

— Синнай говорил, что, сидя во дворце, он тратит время даром и теряет квалификацию. Он считает, что для настоящего лекаря нужна постоянная интенсивная практика. И в нашем мире придерживаются такого же мнения. Доктору необходимо лечить. Кроме того, меня никак не покидает мысль — а что раньше происходило с теми, кто заболевал? Вот, к примеру, человек очень беден, у него нет денег на лекаря, и он ломает руку.

А дальше что? На питание денег нет, сбережений нет, работать он не может, а на скудном пайке и без того сложное восстановление пойдёт ещё хуже. Результат? Нагноение, гангрена, неправильно сращённая кость! Потеря функциональности и ещё большая нищета? Ринар, как же так? Разве можно такое допускать?

На глазах стояли слёзы. Гипотетический мужчина со сломанной рукой нуждался в моей поддержке и защите.

— Ты говоришь, что клиника нужна и для врачей, и для людей.