Его огонь горит для меня. Том 2

Но не расстраивайся, — зашептал он на ухо самым бесстыдным образом, — я найду, чем тебя порадовать.

В качестве подтверждения своих намерений радовать Ринар легонько прикусил мой сосок, пустив по телу разряд удовольствия и волну мурашек.

— Ты обещал не приставать!

— Вчера обещал, вчера не приставал, — отрезал амбидекстр.

— Обещай не приставать в этом месяце.

— Могу пообещать не приставать сегодня.

— Два месяца!

— Неделя.

— Три месяца!

— Ты неправильно торгуешься, ты в курсе? Хорошо, я согласен на месяц, не больше.

Пришлось тоже соглашаться. Кажется, я продешевила, но момент уже был упущен.

— Тогда слезь с меня!

— Да я к тебе даже не прикасаюсь! — он приподнялся на локтях, и между нами действительно оказалась пара несчастных сантиметров пространства.

— Нас ждут, иди одевайся.

— Ты ещё не доела.

— Я могу доесть сама!

— Спорное утверждение. Кроме того, я должен проследить, чтобы ты не поперхнулась. И чтобы еду никто не отобрал.

— Тут только ты!

— Ну так я прослежу, чтобы я не отобрал.

Рассмеявшись, я пихнула его в плечо и занялась завтраком вплотную, иногда бросая на Ринара косые взгляды. Он же по-военному быстро собирался, останавливаясь только для того, чтобы выхватить губами у меня из пальцев какой-нибудь особенно аппетитный кусочек. Я сопротивлялась, как могла, но малая весовая категория не позволила отстоять ни толстенький бутерброд с солёной рыбкой, ни три сырных канапе с кусочком экзотичного фрукта, ни половинку сдобной булочки с повидлом.

— Так, амбидекстр, ну-ка прекращай! — возмутилась я.

— Это я ещё следил, чтобы у тебя еду не воровали. Без меня вообще осталась бы голодная. Но никакой благодарности, — притворно возмутился он.

— Вот твоя благодарность!

Я с размаху всунула ему в рот очередную булочку с повидлом так, чтобы сладкая начинка размазалась по лицу.

— Покушение на императора!

С грозным, перемазанным лицом он настиг меня на другом конце кровати и коварными щекотливыми методами вынудил слизать всё повидло, доесть булочку и молить о пощаде.

Платье у Ованеса сегодня получилось невероятно фривольным и обтягивающим, с открытыми плечами и узкой юбкой, расклешённой от колена. Переизбыток сил дурно сказывался на артефакте, поэтому цвет получился ярким и вызывающе-алым. Колечко на пальце тоже довольно сияло. Видимо, не я одна ночью присасывалась к чужому резерву.