Его огонь горит для меня. Том 2

— Мачеха продала тебя в Ковен?

— Да.

— И ты сбежал от магов?

— От одного мага.

— У меня способности непонятные, но мне показывали упражнения, я тебя научу. Из полезного я только невидимой могу становиться. Хотя сил на это сейчас нет.

— Резерв восстановится.

— Не у меня. Я выросла в мире, где нет магии, поэтому способность восстанавливать резерв у меня атрофировалась.

— Ат-ро-фи-ро-ва-лась? — просмаковал он новое слово.

— Исчезла, отпала за ненадобностью.

— И как же?

— Я могла пользоваться резервом Ринара, но он не стремился делиться магией.

— А моим сможешь?

— А тебе не жалко?

— Нет. Он же восстановится. И потом, я всё равно пока не умею ничего.

— Ну давай попробуем.

Спустя несколько десятков бесплодных попыток, я опустила руки. Однако тренировки не прошли бесследно — прикоснувшись, я смогла определить резерв Кассиля, а потом и свой. Мой в сравнении с его оказался огромным. Жаль только, что пустым, как кошелёк у пьяницы.

— Ты меня можешь Касом называть.

— Вот уж нет, мне сокращения от моего имени не нравятся, называй меня Алиной.

— Но это долго!

— Так потрать лишнюю секунду, у тебя что, время казённое?

— Какое?

— Такое, которое под роспись в ведомости выдают.

— Время не выдают, оно само идёт!

— О том и речь! — окончательно запутала я мальчишку, заставив его нахмуриться и замолчать.

— Что такое ведомость?

— Список или документ, где всякие данные содержатся.

Я пустилась в пространные объяснения с примерами из университетской жизни.

— Вот поступишь в Магистрат, у тебя тоже появятся однокурсники.

— Да, только нигде не любят беспризорников.

— А мы никому не расскажем. Купим тебе хороших вещичек, никто и не узнает, тем более что в таких местах есть стипендии.

Узнав историю Синная, Кассиль приободрился и тоже решил служить при дворе. И стипендию императорскую уже мысленно получил и потратил.

— Кассиль, я давно хотела спросить. Если у вас в мире есть боги, то почему нет храмов, никто им не молится, да их даже в речи никто не упоминает…

— Конечно не упоминают. И ты молчи! — нахмурился он. — О богах лучше молчать, чтобы они тебя не услышали. А что до храмов, то зачем они нужны? Люди живут своей жизнью, а боги — своей.

— Но как же, можно же их призвать… — растерялась я.

— Да, и за каждый призыв они жертву берут. Человеческую.