Вы призвали... Кого надо! #2

За что ты там отвечал, Сеятель? Культ Молодого Царя, если мне изменяет память?

— Да пошел ты!..

— Земледелие и кровавые жертвы, ах! Каждый год выбирали подставного царя, неделю давали жить царской жизнью, а потом резали на алтаре, чтобы урожай был обильным.

— И он был среди тех, кто встал против тебя? — догадался призванный герой.

— Если бы! — рассмеялся бог сна. — Он был настолько мелок, что не принимал в этом никакого участия.

— Заткнись, я сказал!.. — бог земледелия покраснел, а потом вдруг уронил голову на грудь и захрапел.

Зегит снова хохотнул.

— Хорошая это штука, твой кальвадос, Влад Келлер. Что до нашего храпящего друга, он ненавидит меня за то, что я все помню. Каким ничтожным он был и каким великим — я. Ну и о том, как сменил Пантеон. К слову, я тоже. Теперь числюсь за Тьмой, но он по старинке причисляет меня к Хаосу. Поэтому, герой, он меня и не выносит. Или мне все же следует называть тебя пророком?

Влад хмыкнул — про таких, как Зегит в его родном мире говорили “на ходу подметки режет”. И призванному герою это даже нравилось — по крайнем мере Сонный не был снобом и четко понимал, чего хочет.

— Пока рановато. — сказал он. — Что желаешь ты я уже понял. Но не услышал, что ты предлагаешь мне.

— Звание пророка Зегита, поддержку всех дервишей. — тут же выдал заготовленный ответ бог сна. Даже вперед подался. — Это большая сила, Влад Келлер, поверь!

— Верю. Значит, я тебе помощь в восстановлении прежней власти, а ты — поддержку своей армии убийц.

— И возможность самому стать таким же смертоносным!

— Спасибо, но вот от этого я откажусь, пожалуй. Наблюдал, знаешь ли, чем платили твои дервиши за возможность погрузить мой замок в сон. Мне это не нужно.

— А что нужно? У пророка много даров!

Обсуждение, благодаря сопящему Бордону, прошло без помех, но затянулось надолго. Однако, под конец стороны ударили по рукам, довольные заключенным соглашением. И пришло время будить второго бога. Что Влад Келлер сделал без всякого почтения, просто толкнув его в плечо.

— Сеятель, ты не хочешь протрезветь уже? Мы вплотную подошли к торгу.

— О чем мне с тобой торговаться, смертный? — с пьяной презрительностью отозвался тот, открывая глаза. — Я пришел не просить…

В этот момент он что-то с собой сделал, видимо, приминал аналог того заклинания, которым Тиссарий выводил алкоголь. Практически сразу изменился и его внешний вид. Взгляд стал цепким и трезвым, сфокусировавшись на короле Итании.

— Что я хочу ты уже знаешь.