Сам себе властелин

Подходя к кухне, я услышал громкое чавканье и стук ложек. Едят? И без меня? Стараясь не шуметь, я заглянул внутрь.

Мумий сидел во главе стола. С торжественным видом он запускал руку в магический вихрь, доставал тарелки с едой и выставлял на стол перед монстром и рыцарем. Семён Семёныч, ловко орудуя ложкой в щупальце, опустошал одно блюдо за другим. Рыцарь с такой скоростью есть не мог, но очень старался. У них что, соревнование?

— Доброго утра.

Я не стал таиться и вошёл на кухню. Кто тут главный, в конце концов? Рыцарь смутился, отложил вилку и отодвинул от себя тарелку.

— Вы завтракайте, не отвлекайтесь. Я к вам тоже сейчас присоединюсь.

Первым делом я заглянул в “холодильный” шкаф. Обычный такой комод, только мумий запустил внутрь ледяное заклинание. Теперь там всегда морозец и лежат мои неволшебные продукты. Пока я вытаскивал колбасу и яйца, мумий возле стола “зажёг плитку” — в тяжёлой чугунной жаровне запылал колдовской огонь.

— Ну, рассказывай, — я сел напротив рыцаря, — как зовут?

Светлый поджал губы.

— Жан Клод Шарден де Зыр.

— Лет тебе сколько, чудо?

— Восемнадцать.

Я не торопился заваливать его вопросами. Кинул на сковородку кусочек масла и дождался, пока он расплавится. Бросил кусочки колбасы, сразу же вкусно зашкворчавшие.

— Как про нас узнал?

— Так все знают, что это замок Чёрного Владыки.

— Ага, который пять лет стоял пустым.

Рыцарь вздохнул.

— Бродячий проповедник Света сказал.

— Давно?

— Ну, — рыцарь растопырил пальцы и стал их загибать, — дней тридцать назад.

Мы с мумием переглянулись. То есть нотариус только искал меня, а светлых уже направили в Калькуару. Хорошенькое дело. Под такую невесёлую новость я высыпал к колбасе мелко нарезанный зелёный лук.

— Ты ешь, ешь, — я подмигнул рыцарю, — у нас не допрос, а дружеская беседа. Убивать я тебя не собираюсь…

— А что собираешься?

— Не знаю, — я пожал плечами, — не в подвал же тебя запирать.

— Так нельзя! — возмутился мумий, — если уж мы его не кинули в тюрьму, то надо хоть выкуп взять. Деньгами там, или драгоценностями. Чтобы компенсация была за беспокойство.

Рыцарь неожиданно сник.

— Пожалуйста, только не выкуп. Папа меня уже три раза выкупал. Сказал, если снова в плен попаду, он меня наследства лишит.

— Тогда дай слово.