Сам себе властелин

Зубастый голем долго принюхивался, но всё-таки решил попробовать. Есть он не мог, но вот кусать ему понравилось. Он долго грыз печеньку, роняя крошки, и наконец опустил когти. Я погладил крохотное чудовище, но на этот раз он не стал огрызаться.

— Будем дружить? Ну вот и славненько. Как бы тебя назвать? Хочешь быть Гошей?

Голем подумал, почесал голову когтем и согласился.

— У меня есть для тебя работа. Будешь охранять мой ящик?

Гоша кивнул — перспектива работать охранником голему понравилась. Я подставил ему ладонь и вынул из коробки.

В ящике стола Гоша быстро обжился. Потребовал сделать себе лежанку из носового платка, положить остатки печенья и остался полностью доволен.

— Чудненько. Вот тебе письмо, от Лорен. Охраняй его, а я к тебе потом загляну.

Голем махнул рукой, плюхнулся на лежанку и закинул ногу на ногу. Однако даже мелкие чудовища у меня выходят сибаритами и гурманами. Если светлые меня одолеют, сбегу в Кемнаро и открою кукольный театр с големами. Отращу бороду и возьму псевдоним “синьор Карабас”.

Я закрыл ящик стола и вызвал Казну. Пора было посмотреть, что там с “железным” скелетом. Перед тем как войти в дверь, я мысленно поставил себе зачёт по големостроению.

Глава 26

На второй просмотр “железного” во дворе замка собрались все обитатели: Мумий, Сеня и толпа взволнованных скелетов.

— Дедушка, откуда их столько? Ты же говорил, что всех светлые порубили.

— Так я склеил и опять поднял. У меня безотходное производство.

Дверь в лабораторию распахнулась. Первым вышел Йорик, гордо задрав голову.

— Прошу любить и жаловать! Я сделал всё, что мог, и горжусь результатом.

Йорик зыркнул на мумия: мол, видишь, я довёл твою работу до совершенства.

Из подвала башни появился “железный” скелет. Начищенный до зеркального блеска, он был точь-в-точь модель сто один, он же тэ-восемьсот. А красный огонь в глазах делал сходство практически идеальным. Встретил бы ночью — ни за что не отличил.

— Терминатор, блин, — пораженно выдохнул я.

В ответ “железный” скрипнул зубами.

— Он спрашивает, — перевёл Йорик, — что это за удивительное имя, Трминатр?

— Героя одного, — я постарался сдержать усмешку.

— Тёмного?

— Очень тёмного, можно сказать, эталон тьмы.

— Тогда он просит дозволения взять себе имя этого прославленного рыцаря тьмы. И просит называть его только благословенным именем Трминатр.

Я не стал его поправлять и махнул рукой. Пусть называется как хочет, раз нравится. Здесь его точно не привлекут за нарушение авторских прав.