Бесконечное лето

Они тоже встали и загородили теперь обзор лобового стекла. А еще один рванул к передней двери и прижался к ней спиной. Я не понимала, что происходит, но, кажется, что-то совсем плохое. 

В следующее мгновение я услышала совершенно неимоверный металлический скрежет, а повернув голову, узрела, как хрупкий Аксели отрывает одно из кресел. 

Из груди вырвался испуганный стон, когда он оттолкнул меня и тут же швырнул стул в заднее стекло. Посыпались звонкие осколки, кажется, даже на меня попало, я зажмурилась, закрыла голову руками, но Аксели не угомонился, Схватил меня, внезапно крепко прижал к себе, но это было вовсе не порывом нежности.

Глава 14

Удивительно, что я ничего себе не сломала. И не менее удивительно, что Аксели тоже практически цел, не считая ссадин на плечах. Впрочем, у меня тоже имелись ссадины, но были они столь незначительным, что и внимания не стоят.

Я сидела на земле, прислонившись к столбу, мне не хотелось ничего говорить и даже о том, чтобы смыться потихоньку, мыслей не было.

Из-за горизонта медленно выползало Солнце, его лучи будто пронзали долину, проходили насквозь пышные кроны деревьев, заставляя листву пылать. По крайней мере, мне так казалось, а стволы казались черным, как обуглившиеся спички. И я бы даже сочла этот рассвет красивым, если бы лучи не осветили то, что осталось от автобуса. 

Транспортное средство будто бы натолкнулось на невидимую стену, сплющилось гармошкой, но чтобы так сплющить, нужна очень больная скорость, намного больше, чем та, с которой автобус вообще в состоянии был двигаться.

Оконные стекла выдавило, и теперь мелкие осколки поблескивали в лучах восходящего Солнца, как россыпь самоцветов. Лучи преломлялись, разбрасывая радугу останки автобуса.

Мне хотелось подойти ближе, поискать выживших, но разум убеждал, никаких выживших там быть не может. И вообще приближаться не стоит, потому что неясно, вдруг та сила, уничтожившая автобус, все еще там? 

- Что это было? - спросила у сидевшего рядом Аксели. Он как раз вынимал осколок из руки.

- Ничего, - процедил он сквозь зубы, запрокинул голову к небу, глубоко вздохнул, потом резко повернулся, - Мы все равно доберемся. До Волкограда.