Нарушение обычая

Несколько империалов просто за то, что пожить немного на территории поместья? С одной стороны, ничего сложного. А с другой… роль живой игрушки. Но, судя по всему, особого выбора у него не было. Он переступил с ноги на ногу, качнул короной, показывая, что согласен и признает главенство человека над собой. 

- Что это у тебя? – взгляд мужчины упал на книгу, которую он все еще держал в руке.

- Вот, - он протянул ее, не желая скрывать.

- Тиссо? – человек бросил взгляд на тисненую обложку. – Ты грамотный?

- Э-э…Немного, - он решил не говорить, что знает только половину букв и почти не умеет их писать.

- И решил прочесть? Стихи Тиссо? 

- Хотел вернуть владельцу. 

- Вот как? – человек посмотрел на рогача с каким-то странным выражением. Холодный Туман не слишком хорошо разбирался в человеческих эмоциях и потому не мог понять, что его удивило. 

- Это… странно, - признал он. – Я впервые такое вижу…И как ты намеревался его искать?

- По запаху. Книга еще пахнет этим человеком.

- То есть, ходил бы по улицам и искал того, кто пахнет точно также? Занятно… В любом случае, я своих решений не отменяю. Через два-три дня ты покинешь этот дом и сможешь продолжить поиски работы… и хозяина этой вещи. 

С этими словами он подошел к стене, несколько раз дернул висевший там шнурок. Издалека послышался дребезжащий перезвон. Явился слуга.

- Устройте его пока в старой леваде. Бросьте сена и соломы, принесите воды. 

Слуга поклонился, не подав и вида, что его удивило это приказание.

Старая левада находилась за домом. Шагах в трехстах от заднего крыльца располагались конюшни, каретный сарай, несколько домиков, где жили конюхи, и левады. Две были просторные, с той стороны сильно пахло лошадьми. Третья, дальняя, была сильно захламлена. Земля на ней была также утоптана, как на двух первых, но тут и там виднелись куртины потравленной крапивы, а из земли торчали какие-то доски, ржавые железки, прочий мусор. Надо было ходить осторожно, чтобы не занозить копыто.

Слуги принесли несколько охапок соломы и сена, ведро воды. Сено и солому свалили двумя кучами, ведро поставили между ними. Конечно, старое, прошлогоднее, сено – это не то, что свежая трава или молодые веточки, которые приятно обгладывать вместе с корой, но тоже ничего. Он слишком давно не мог хорошо поесть и в считанные минуты расправился с сеном до былинки. Потом напился, улегся на солому и, запрокинув голову, уставился в быстро темнеющее небо.