Нарушение обычая

– Сатиры, конечно, наша дальняя родня, да и живут, как и мы, во владениях людей, но они же {козлы!} Ты не заметил, как от них воняет? 

- Заметил, - осторожно кивнул Холодный Туман.

- А еще сатиры непроходимо тупы, - подал голос Острый Сучок. – И мало, что соображают.

С этим можно было поспорить – взгляд того самого сатира с закрученными в полтора оборота рогами говорил о многом, - но затевать спор не хотелось. 

- А еще, - припечатал еще один рогач, носивший красивое имя Белая Грива, - они заняли наши места.

Человек, который владеет этим трактиром, отвел эти стойла именно для рогачей. И мы имели полное право вышибить этих наглецов взашей. И даже полиция не стала бы спорить.

- Полиция? – слово было новым.

- Это те люди, которые следят за порядком. Связываться с ним не стоит, если не хочешь, чтобы тебя выбросили из города или вовсе отправили куда-нибудь на каторжные работы. 

- Каторжные работы? – мир вокруг с каждым мгновением становился все сложнее и запутаннее. – А что это?

- Поверь, лучше тебе этого никогда не знать.

Тебя спускают под землю и заставляют долбить камни на мелкие кусочки. В темноте, холоде, сырости… всегда, без отдыха, до самой смерти. А убежать нельзя – для этого тебя сажают на цепь вроде якорной. 

Холодный Туман представил – и поежился от страха:

- Но за что?

- За нарушение обычаев. Человеческая полиция зорко за этим следит. 

Вот это было как раз понятно – в этом городе смешалось столько рас, людских и нелюдских, и у каждой расы были свои обычаи.

Тут немудрено запутаться и ошибиться. Но одно дело – нарушить обычай по незнанию, и совсем другое – совершить это нарочно. 

На повторный звонок, который раздался, когда все рогачи разместились в стойлах, несколько подавальщиков вынесли бадьи с болтушкой из зерна и мелко нарезанных фруктов, смоченных в чем-то кисло-сладком. Каждый получил свою порцию. Ее полагалось есть, черпая руками. Кисло-сладкая жидкость, чем-то по вкусу напоминавшая тот хмельной напиток, которым его потчевали человеки в родном стойбище, текла между пальцами, и Холодный Туман облизывал их один за другим.

Было вкусно. От хмеля слегка кружилась голова. 

Наевшись и напившись, сородичи стали разговорчивее. Кто-то стал вспоминать подруг своего стада, кто-то вслух мечтал, как разбогатеет и купит себе участок земли в городе, кто-то просто вспоминал старые обиды и жаловался на жизнь. 

Холодного Тумана толкнул через загородку Серое Облако.

- Ты мне нравишься, - заявил он.