Посредники

Вам, как медиатору, вероятно, проще понять... Мы заключили контракт с жильцами и исполнили его. С их стороны к нам претензий нет и быть не может. Хогата слишком тупа для контракта, а домовый дух уже ничего ни с кем не заключит. Тем не менее, обе они пострадали, причём чрезвычайно серьёзно. В природе поедание одними сущностями других – процесс естественный, не стоящий и упоминания, но в данном случае в деле поучаствовал человек. Человек, злонамеренно вырвавший одного духа из привычной ему среды и обрекший второго на съедение.

Это наводит вас на какие-то мысли?

- Вы имеете в виду, что у духов есть какие-то свои колдуны? Которые защищают уже их интересы? – беспомощно переспросил Марев.

- …Я не могу, Дика, давай ты! – рыкнул Алларт, схватил свою чашку и пригубил, демонстративно отвернувшись.

Дикорда усмехнулась, но без обычной своей живости, и довольно мягко произнесла:

- Вообще-то колдуны, защищающие духов, это мы и есть. Какая разница, чьи интересы нарушены, если есть контракт? Нет, Марев, не так всё просто.

Она принялась неторопливо набивать свою трубку.

- Что уж тут ходить вокруг да около. Все понимают, что главный мерзавец в истории с твоей хогатой – этот самый Кайм Цветин и есть… хотя надо ещё разобраться, как он зверушку добыл и перевёз, но это не наша забота… а наказать его никакой возможности нет. Во-первых, человеческий закон таких дел не рассматривает, во-вторых, без чистосердечного признания тут ничего не докажешь, хоть упонимайся с ног до головы. А в-третьих, сам Цветин – не колдун, это первым делом проверили, так что нашим обычаям неподсуден.

Да и не такой от него страшный ущерб, чтоб идти по обычаям да поперёк законов…

Она сделала паузу, раскуривая трубку. Алларт молча пил коффей, Марев старался уложить в голове новую информацию. Прежде он даже не задумывался, что может оказаться вовлечён в дела, где придётся решать вопрос о наказании за преступления, связанные с потусторонним. Хотя с другой стороны – разве дело об убийстве княгини Ярской и её компаньонки не такое?

- Словом, - продолжила наконец Дикорда, - злодей уходит безнаказанным, а потом вдруг умирает от страха в абсолютно безопасном и хорошо знакомом ему месте.

И, к сожалению, это далеко не первый такой случай. Видишь ли, Марев, к таким как мы с тобой - и мой любимый братик, конечно – время от времени цепляется всякая мелкая пакость, а изредка и крупная, которую так просто не стряхнёшь – напомни как-нибудь рассказать тебе, как я лишилась глаза...