Посредники

Знакомое и дружелюбное лицо после этого странного дня оказалось именно тем, что требуется. Марев начал улыбаться раньше, чем сам это понял.

- Выглядишь продрогшим, - сочувственно произнесла Золота. Сама она казалась усталой, под яркими глазами залегли тёмные круги, но уложенные модной волной кудри лежали в безупречном порядке, а во взгляде сохранялся всегдашний задор. – Дай угадаю – тебе нужен шарф потеплее и шапка. Или нет, - она прищурилась, критически оглядывая созданный ранее ею же самой костюм Марева, – шляпа.

Марев благодарно кивнул. Золота расцвела улыбкой и тут же развила бурную деятельность. Выбрать шарф оказалось легко, что же касается шляпы, то у стойки с ними Золота вдруг замерла и каким-то новым взглядом посмотрела на Марева.

- Слушай, а пойдём со мной на Праздник Близнецов! Я вдруг поняла, что у меня есть старое пальто точно такого же цвета, как на тебе, а если ты возьмёшь вот эту шляпу, то у меня есть очень похожая, с неё только брошку снять! Если у тебя нет других планов, конечно.

Марев немного опешил. В Змеевом лесу этот праздник отмечали довольно сдержанно, заинтересованных жителей обычно даже не хватало на полноценный ход. В детстве он несколько раз принимал в нём участие с мамой, и сохранившиеся смутные воспоминания были довольно приятными, но, став подростком с несуразно быстро растущими ногами и руками, начал стесняться. Тем более, он очень сильно вытянулся буквально за год, перерос маму, вырос изо всей верхней одежды, и их «близнецовость», державшаяся на миниатюрности, похожих пальтишках и рыжем цвете волос, изжила себя.

В Белыни он участвовал в народных гуляниях первого дня Праздника Близнецов, но, конечно, не в шествии, и даже никогда не имел такого намерения.

- Мы ведь совсем не похожи, - заметил он.

Действительно, долговязый тощий и бледный Марев являл собой полный антипод невысокой, смуглой и приятно округлой Золоте. Тем не менее, девушку это не смутило:

- Ерунда, это не так уж важно! Главное, чтобы одежда была похожа.

- Вот как, - такое Марев мог понять. Конечно, Золота скучала по сестре, от которой её теперь отделяет целый океан, и не хотела сидеть в одиночестве и предаваться мрачным мыслям в день, когда привыкла веселиться вместе с ней.