Посредники

- А кто это – Эулике? – ухватился за смену темы Марев.

- Прислуга, - отрезал Алларт, эффектно застывший на пороге. Он успел уже переодеться, умыться и привести в порядок причёску. – Не думаете же вы, что обычно у нас звонки принимает высокооплачиваемый големист? Это было бы напрасной тратой ресурса.

- Спасибо, Алик, приласкал, - не отрываясь от вязания, прокомментировала Нанота. Впрочем, видно было, что сухость коллеги её не задела.

- Вы уже изучили контракт? – словно не слыша, обратился к Мареву Алларт.

- Как раз ищу его тут, - ответила вместо Марева Дикорда. – А, вот! Марев, поди-ка сюда. Тебе надо будет подписать здесь, здесь и расписаться за аванс. Коренька, где аванс?

Алларт молча выложил на стол кошель, Дикорда бесцеремонно открыла его, вытащила и бросила на бумаги сложенную пополам толстую пачку банкнот.

- Пересчитать не забудь!

После знакомства с Нанотой сердце Марева было уже закалено, так что вид денег не заставил его дрогнуть и на секунду. Подписывать документы стоя и внаклонку он счёл глупым, поэтому осторожно присел на предполагаемое место загадочной Эулике и обмакнул перо в чернила.

Алларт не смотрел на него, да и Дикорда отвлеклась, но всё же у Марева сохранялось ощущение, что у него стоят над душой. Изучать документ подробно казалось неловким – будто он ищет подвохов в таком щедром предложении, - и Марев поспешно поставил подпись, не дожидаясь, пока насажает клякс.

- Он подписал? – спросил Алларт, продолжая глядеть в камин, будто не мог повернуть голову и посмотреть сам.

- В лучшем виде, - вздохнула Дикорда. – Ничего никогда не изменится, уймись.

Кресло-качалка уютно поскрипывало, и на миг Мареву показалось, что он сидит дома, и за стенкой вяжет мама, напевая и изучая сельский библиотечный каталог, и ничего плохого в жизни не может случиться.

Алларт взял только что подписанный документ, дошёл до камина и швырнул бумагу в огонь. Марев вздрогнул.

- Ну-ну, - пробормотала Дикорда.

Алларт обернулся. Лицо у него было высокомерное и неподвижное, а глаза абсолютно бешеные.

- Никогда, - с нажимом, как для скорбного разумом или ребёнка произнёс он, – и ничего не подписывайте не глядя! Вы не знаете, чего это может вам стоить.

- Подпись назад не возьмёшь, - сказала Дикорда и положила перед Маревом новый документ. – Напомни мне как-нибудь рассказать тебе, как я лишилась руки.

- В нашей работе, - добродушно произнесла Нанота, – нет ничего важней контракта, и опаснее тоже.