Посредники

Практически не чувствуя вкуса он последовательно съел: сырную лепёшку с тонко нарезанным копчёным мясом, овощами и острым соусом, сладкий пончик с малиновым вареньем, казу с чесночным хлебом, порцию яичной лапши с жареной на углях рыбой и калач с киселём.

Скользящий по толпе взгляд Марева зацепился за пару, кажется, настоящих близнецов - один из молодых мужчин, похоже, перебрал, и другой тащил его, закинув руку на плечо. Обычная картина для вечернего праздника, но что-то неуютно царапало, заставив Марева вновь найти их глазами.

Спустя миг он понял, что не так: хотя внешность этих двоих полностью совпадала, костюмы были совершенно разными, причём одежда одного, - явно поношенная, с заплатками на протёртых локтях - сидела как положено, а вот второй будто нацепил на себя дорогие вещи на пару размеров больше нужного.

Цюрьпа. Эти существа владели слабым мороком, могли ненадолго очаровать человека, чтобы тот считал их близким другом, охотно общался и не боялся остаться наедине. Этого цюрьпе вполне хватало, чтобы болтаясь рядом с жертвой и периодически к ней прикасаясь, постепенно перенять её облик, голос, манеру говорить и двигаться.

Сам образец от этого слабел и в конце концов терял сознание, впадая в схожий с летаргией сон. Цюрьпа не убивала жертву, напротив - прятала в заранее оборудованном логове, где могла долго поддерживать жизнь в спящем, занимая, между тем, его место в мире. Пока образец был жив, цюрьпа копировала его до полной неразличимости, когда же он умирал - начинала искать новую жертву.

- Подержи, пожалуйста, - Марев сунул Золоте свой свёрток с покупками. - Я на минуту отойду.

Рассказывавшая до этого что-то Золота прервалась на полуслове, удивлённо глядя на решительного Марева, но покладисто приняла его вещи:

- Найди меня потом, я буду на качелях.

- Конечно, - не слушая, кивнул Марев, следя глазами за удаляющейся цюрьпой. Та очевидно тащила жертву к краю поля, куда лотки и киоски выходили только задами.

Он последовал за ними на расстоянии, дождался, пока они обогнут угол последнего киоска, по счастью, немноголюдного, и тогда нагнал.

- Отпусти его, - негромко сказал Марев, беря цюрьпу за локоть. - И я сделаю вид, что тебя не заметил.

- Отстань, моему брату плохо, - сердито отозвалась цюрьпа. - Не можешь помочь, так не лезь!

“Очень натурально”, - отметил Марев. Он бы даже заколебался, решил, что показалось, что он надумал лишнего - но нет. Он знал. Чувствовал, что прав.

- Я знаю, кто ты.