Эффект Юза

— Ну, ничего, как-нибудь выкручусь».

Скорым шагом он приблизился к подстанции. На железной двери с облупившимся суриком отчётливо проступали литеры, стилизованные под кириллические «буки» и «глагол». Вальдемар трижды ударил набалдашником трости в дверь. Десять долгих секунд прислушивался. Наконец заскрежетал засов, а следом за ним и несмазанные петли.

— Вайс, маг-хранитель второй категории и почётный горный штейгер, — представился Вальдемар хмурому и напряжённому охраннику.

— Вам назначено? — без нужды поглаживая цевьё АКМ, спросил страж.

— Полагаю, друг мой, что это бессмысленный вопрос. Просто доложите Божене Николаевне о моём приходе.

Второй гвардеец мадам БГ повторил имя и титул гостя в переговорное устройство, в то время, как первый держал Вайса под прицелом. Маг мог в любой миг завладеть их сознанием, но не предпринимал ни малейших попыток. Какой смысл? Да и лень.

— Прошу, Вальдемар Карлович. — Тот из охранников, что вёл переговоры, стукнул кулаком по едва приметной неровности стены.

Кусок каменной кладки сполз в сторону, открывая проход высотой в рост взрослого человека. — Вас ждут!

Сорок ступенек вниз в непроглядной тьме привели его в рукотворную пещеру. Здесь всё было фальшиво и безвкусно — позолоченные сталактиты и сталагмиты, друзы якобы самоцветов, а на деле — крашенного стекла, блестящая мишура и шкуры диковинных зверей, ложившиеся под ноги толстым ковром. Вайс постоял, ожидая, пока глаза привыкнут к свету ламп, стилизованных под факелы и коптилки. Глухое бормотание, разразившееся при его появлении, усиливалось.

Слова становились отчётливее, хотя и не делались от этого более осмысленными. Со всех концов пещеры ползли адепты обитавшей здесь ведьмы. Фанатики, променявшие свободу и остатки разума на умение, как им казалось, слагать стихи. Этот рубеж обороны был куда надёжнее, чем люди с огнестрельным оружием. Двухдюймовые стальные когти, беззаветная преданность повелительнице и практически полный иммунитет к ментальной магии делали стихотворцев очень опасными в бою.

— Кто к мадам-волшебнице придёт, — закатив глаза, читал измождённый старикашка с седой щетиной на впалых щеках, — мудрость неземную обретёт...

— Здесь обитает подлинный талант, счастье и радость подарит нам, — вторила ему фигуристая девица, чьи засаленные локоны полностью скрывали лицо.

Поэтические потуги остальных выглядели ещё хуже. Но адепты БГ, нисколько не смущаясь собственной бесталанности, подползали всё ближе и ближе, смыкая кольцо.