Крысолов, он же Дудочник

Тот обещал подумать, но так ничего и не  предложил.

Вслед за ней, недолго посовещавшись, ушла вся прислуга, поняв, что  говорить с идиотом не о чем. В ночь после их отъезда в особняк забрался  вор, но какой-то хитрый и непонятный. Выпущенные на ночь  собаки-охранники не учуяли его или признали за хозяина, в общем,  пропустили беспрепятственно. Он своими ключами открыл неиспользовавшуюся  входную дверь на веранде, проник в давно заброшенную комнату, где  хранился всякий хлам, некоторое время возился там, а потом тихо ушел.

Герман слышал, как кто-то ходит, скрипит паркет и отчаянно боялся. Он  остался один в незнакомом доме, даже позвать на помощь было некого.  Вызвал полицию, те прибыли через полчаса, когда след преступника уже  простыл. Герман встретил их радостно и оживленно. Полицейские все  тщательно осмотрели, следов взлома или ограбления не нашли, посоветовали  завести охрану и уехали.

Растерянный хозяин, собравшись с силами, долго бродил по длинным  коридорам, искал спальню, наконец, заблудился окончательно, каким-то  чудом забрел на кухню, там немного поел и лег на диванчике ждать  следующего дня.

Утром к нему пришла Ульяна, она долго вспоминала школьные годы и  признавалась в нежной и страстной любви, желании быть с ним всегда. А  что жила с Германом, это не считается, ошибка молодости. А вот он, Петр,  – идеал и лучший из мужчин!

Сначала Герман и не понял что к чему, а потом долго хохотал.

- Да уж, видно, от тебя и на Луне не скроешься, и тут меня нашла! Ладно,  будем жить вместе до конца наших дней! Эх, судьбина тяжелая! Ха-ха-ха!

После всех этих ужасов стало ясно, надо продавать огромный особняк, что и  было сделано с успехом через три месяца. Тот же верный друг и соратник  купил его задешево с большим удовольствием. Большую часть долга Герман  выплатил, а меньшую обещал отдать позднее и по частям, долго упрашивал  благодетеля немного подождать, тот нехотя согласился.

Было понятно, что его хитро обманули, ясно даже кто. Но было в этой  истории еще что-то, то, что и привело Германа к такому печальному концу.  Он долго думал и вспоминал.