Голос Стаи

— Ответил Сафид, подбадривающе глядя на Лолу. У девушки сердце ушло не то что в пятки, в Австралию, проделав путь сквозь весь земной шар. Её колотила мелкая дрожь.

«Они же не серьезно?!»

— Ну и отлично, — приободрилась Шантара. — Эй, волк, бы идём дальше. Теперь все вопросы к Лоле, — и веркунья положила тяжёлую руку на плечо девушки «Они серьезно» — Лола с отчаянием посмотрела на московский дворик вокруг. Никогда ещё желание провалиться сквозь землю не было у неё настолько сильным.

— Выглядит слишком мелкой для Главы.

Стая со свежевыбранной Главой, отправилась за ним.

Лола всё еще тихо надеялась, что они передумают.

Владислав вёл их дворами, пустырями и через стройки. Но не смотря на то, что они обходили чужие владения явно по самым неочевидным тропам, к ним регулярно подходили те, кого полицейский назвал соглядатаями.

Прораб, зрачки котрого были горизонтальными, как у козы, а на горле виднелись жабры, женщина с продуктовой сумкой и длинной шеей, которую венчала голова с заострённым клювом. «Нечистые» — догадалась Лола, понявшая уже, что нечисть выполняет для одарённых роль цепных псов.

Около пяти выглядевших обычно человек, в которых девушка угадала двоих дивов, одного широкоплечего бера, медведя — оборотня, ей подсказала Шантара, ещё трое остались неизвестными.

Последним соглядатаем оказалась неожиданно девочка лет пяти на вид. Но только она подняла голову, Лола ужаснувшись, отпрянула. Лицо девочки было морщинистым, словно прошлогоднее яблоко, маленькие пальчики завершали острые черные коготки, а глаза были круглыми, с воспаленными веками и вытянутыми, как у змеи, хрусталиками. Нечистая проверила пропускной знак волка и разрешила им пройти, как и предыдущие соглядатаи.

Даже отвернувшись, Лола чувствовала как спину буравит её хищный взгляд.

— Мара, — прокомментировала Рейка. — Сильная нечисть. Аж мурашки по коже. Но не беспокойся, Лола, ты одарённая и в своем праве. Она тебе не страшна. — Лола нервно поперхнулась, вспоминая как выворачивались ножки и ручки девочки вокруг своей оси, с тихим, неприятным щелканьем, пока она говорила.

Хоть новые впечатления и продлили бодрствование Лолы, она уже с полчаса чувствовала как тяжелеют её веки и непреодолимо подбирается сон.