Голос Стаи

Девушка оглянулась на того самого старика, но он исчез! За долю секунды! На скамейке осталась трость и записная книжка. Как слепец сумел так быстро убежать? Да и его племянник вон как торопится. Может, это семья наследственных бегунов-спортсменов-марафонцев? Что за сумасшедший дом тут творится? Лола вертела головой в недоумении, но старика так и не увидела.

По-хорошему, ей стоило уйти отсюда. В конце концов, дедушка нашелся, племянник его видел.

С другой стороны, на скамейке остались лежать чужие вещи. И Лоле стало не по себе от того, что их могут выбросить или украсть.

Поколебавшись еще немного, она взяла трость, гладкую и почти ледяную на ощупь, и книжку, а после побежала в ту сторону, куда отправился странный племянник загадочного Евгения-Гены.

— Эй! Стойте! — она пробежала мимо мужичка на скамейке. Проскочила в воротах, пропустив неспешную женщину с коляской, столкнулась с парнем, что держал под мышкой скейтборд и говорил по телефону.

— Да сто-ой же! — Лола остановилась, чтобы отдышаться. Записную книжку она спрятала в карман.

А вот трость доставляла большое неудобство — не такая тяжелая, как можно было подумать на первый взгляд, но очень неравномерная. Массивный набалдашник сильно перевешивал, и трость выскальзывала, стремясь стукнутся об асфальт.

Еще и плечо, за которое её держал старик, с каждой минутой беспокоило всё больше. Не болело, нет, а пекло так, словно Лола проходила с неделю под палящим солнцем с открытым плечом и заработала солнечный ожог.

Думать об этом было некогда. Парень, за которым гналась Лола, скрылся во дворе жилого дома, через дорогу от парка.

Девушка сбавила шаг, и, оглядываясь, пыталась понять, куда же он пропал.

«И что за семейка такая?» — Лола положила трость на здоровое плечо и, придерживая ее, блуждала по двору между трёх совершенно одинаковых пятиэтажек.

Всё случившееся казалось слишком странным. Слепой старик с фотографической памятью и непонятными отношениями с племянником. Ещё эти его слова. Хотя, если так думать, слова не самое странное — старик попросту двинулся умом по возрасту.

Да и остальное можно было объяснить. Но всё же. Непонятно как то.

Смирившись с тем, что владельца забытых вещей она не найдет, Лола села на низкий заборчик, ограждающий клумбу у подъезда. Ей нужно было передохнуть и подумать что делать дальше.

Девушка злилась. В первую очередь на себя — за то, что не оставила трость и книжку на злополучной скамейке. Во вторую, она сердилась на деда с придурью. А третье место досталось тетке.