По Иному этапу

Протащить «подогрев» из промзоны в жилку, через шлюз с охраной и обязательным шмоном, — это отдельная песня, но у братвы и тут все было замазано.

Ладно, допустим, Горин получил «подогрев». Но опять же — какое до этого дело Фаготу и остальным Темным? Они что же — решили Горыныча данью обложить? А очко у них не треснет?

— Где сейчас твой сосед? — не дождавшись ответа, задал «смотрящий» новый вопрос.

— Не докладывал, — вздернув подбородок, отрезал Санька. — Да и ты, Фагот, не прокурор, чтобы меня об этом спрашивать.

— Ну, ну, — басовито прогудел Темный и примирительно выставил ладони, — не гоношись. Ты пойми, парень: порожняк гнать никто не собирается, но разобраться надо. Горыныч — он ведь из правильной босоты, не то что нынешние… — Фагот сделал едва заметное движение головой, будто бы указывая себе за спину; его спутники молча проглотили сказанное, только Лыко и Фирмач переглянулись с недобрыми усмешками. — Мы заслуги Горыныча помним и уважаем. Вот только брать без спроса у своих — последнее дело, а по всем раскладам выходит, что взять мог только он.

— Да что взять-то? — искренне не понимая, повысил голос Санька.

— Человечек один вчера кинул мульку, что будет в промзоне для меня «подогрев». — Пригнувшись, Фагот доверительно сообщил: — Тушеночки мне захотелось говяжьей, понимаешь ли. Ночью хавчик доставили в нычку. Днем видели, как неподалеку крутился Горыныч, а в конце смены шанулись — пусто в нычке. И Горыныча нетути.

Санька облегченно выдохнул. Это не предъява, это — тьфу! Представить себе, что Горыныч (мало того, что Светлый, так еще и на понятиях) тасканет у братвы, он, Санька, ну никак не мог. Странно, что Фаготу это вообще в голову пришло!

— Ты его после работы видел? — ласково спрашивал Фагот. — В отряд он возвращался?

Поскольку предъява была смешной, неправдоподобной, Санька решил, что играть в молчанку смысла нет.

— Не видел. Мы же в разных цехах с ним числимся, шлюз из промзоны в жилку в разных партиях проходим.

— А за ужином он был?

За ужином вместо Горыныча за столом сидел его шнырь. Такое уже случалось пару раз, когда присутствие Горыныча во время приема пищи требовалось в другом месте. Поскольку зона была черной, вертухаям было вполне достаточно, что «по головам» в столовой все сходится, а уж кто там сидит за столом — пусть «смотрящие» следят.

***

— Так, Санька! — Угорь звучно шлепнул ладонью о ладонь.