Искажённый мир: Ключники

Приложив немалые усилия, напрягаю память и, припомнив то, что было в конце листов с описанием ритуала, произношу:

- Жертвы принесены! Приношение сильно воздаянием.

Не знаю уж, необходима была именно эта фраза или сгодилась бы другая, схожая по сути, но рисковать точно не собирался. Не в этой ситуации, когда не только жизнь, но и целостность души висели на волоске. Вот хоть режь меня, а имелось чёткое ощущение предельной серьёзности ситуации. Равно как и понимание возможности выбраться, может даже с некоторыми плюшками.

Ну а то, что эти самые «плюшки» будут под кровавым соусом… жизнь вообще штука сложная и жестокая.

Шёпот и бормотание десятков голосов стали откровенно злобными, негодующими. Слова явно не пришлись призванной по душе, однако… Никакой прямой агрессии не наблюдалось. Медленно, очень медленно она подплыла предельно близко, оказавшись на одинаковом примерно расстоянии от нас двоих. Руку протяни и сумеешь дотронуться. Вместе с тем… Ну да, чисто панночка, не способная пересечь начертанный мелом круг.

Тут нет собственно круга, про мел и вовсе говорить не приходится. Всё не по детски, максимум эффективности и эффектности, насколько могу догадываться.

Секунда, другая, пяток… И резкое изменение висящего в воздухе существа. Оно остаётся женского рода, но вот прекрасный мгновение назад облик меняется на нечто запредельно уродливое. Поражённая тлением кожа, местами шелушащаяся, а то и вовсе свисающая лоскутами; пустые глазницы, из которых стекают не слёзы, а капли гноя, а внутри копошатся не то черви, не то личинки.

«Обаятельная» улыбка разваливающимися от гнили зубами и чёрный, раздвоенный, похожий на змеиный, язык, который то выстреливает, ощупывая воздух, то вновь втягивается обратно.

Как будто этого было мало! Одеяние вроде чёрного шёлкового плаща, скрывающее до поры тело призванной, распахивается, открывая нашим глазам то, чего лучше б и не видеть! Лица, лица, лица… Они пытаются всплыть изнутри, открывая рты в беззвучных или не очень криках, не пытаясь что-либо сказать, а просто не то страдая, не то находясь в полном помрачении разума.

Действительно ужас во плоти… ужас, сокрытый в плоти и не имеющий выхода наружу без воли той, кто им управляет.

Управляет и довольно смеётся, вновь становясь олицетворением красоты, перед которой меркнут модели журналов для взрослых вроде «Плэйбоя» или «Хастлера», которые ходили по рукам что во дворе, что в школе.