Другая сторона

– И если вы ее за меня не решите – тем лучше. Ваша задача – дать мне информацию, а уж разберусь с ней я сама.

С идеей же привлечь и стажера она согласилась. Оставив Юлию дальше беседовать со Светланой, я пошел в общий зал – думать дальше.

- Да точно вам говорю, эта их новая переводчица - не человек! - с непривычной для него экспрессией восклицал Костя.

- Ну и кто же? – оторвавшись от пачки документов, поинтересовался Василий.      .

- Кошка – оборотень! Очень уж пластика у нее характерная, да и собаки на нее нервно реагируют.

- Бакенэко! – Мегуми впечталилась настолько, что перешла на родной язык. Впрочем, быстро спохватилась. – Так их вид у нас называется. Прадед говорил, что они могут быть очень опасными! Надо быть поосторожнее!

- А можно я на нее посмотрю? - Василий неожиданно заинтересовался темой.

- Нужно! - хмыкнул я. – Будешь Костиным секретарем на следующей встрече, я уже договорился. Но поясните мне, коллеги – я же не раз читал, что кошки – слабые бойцы.

- То мужчины, - с довольным видом пояснила Мегуми.

– А вот самок их вида известно гораздо меньше, и репутация у них грозная.

- Сама ты самка волка, - отчего-то скривился стажёр. – Говори уж тогда «кошка», а то звучит как-то казенно.

Мегуми отчаянно покраснела и резко замолчала. А я только улыбнулся, глядя на их игры, и пошел к себе в кабинет. Надо было немного привести себя в порядок перед тем, как ехать к князю. Патрон вызвал этим вечером меня к себе, как всегда при этом ничего не объяснив.

Совещание у князя затягивалось, так что секретарь попросил меня немного подождать в малой гостиной.

Жест доверия для тех, кто понимает – народ попроще так и мариновали бы в приемной. Вопреки ожиданиям, в этом большом, но хорошо зонированном зале я оказался не один. В дальнем углу за роялем сидела изящная рыжеволосая девушка и, закрыв глаза, играла незнакомую мне печальную мелодию.

Мешать мне не хотелось, но мелодия скоро закончилась, незнакомка открыла глаза, заметила меня, и я подошел к ней поближе.

- А ведь я вас знаю, - улыбнулась она и задорно тряхнула челкой.

– Вы Михаил Пожарский. Правда, вашу дочь Алису я знаю гораздо лучше.

Я понял, что ошибся с определением возраста. Юной моя собеседница однозначно не была – скорее уж что-то между тридцатью и пятьюдесятью. А может и больше – маги в принципе стареют медленно, а уж ведьмы и вовсе иногда могут казаться молодыми до самой смерти.

- Надо полагать, вы – куратор моей дочери, - наконец я собрался с мыслями.

- Все верно.