Другая сторона

Картинка перед глазами двоилась, и это здорово мешало сосредоточиться. А взять себя в руки надо было срочно. Я пришел в себя в Москве на Васильевском спуске, стоя у явно наспех сколоченной трибуны.

- Ну! – обратился ко мне неизвестный сутулый мужчина. – Хватит уже сомневаться! Только вас ждут!

Я окинул взглядом площадь, забитую народом. Поразили искаженные гневом лица, неразборчивые выкрики, а особенно - самодельные плакаты наподобие «Долой нечисть!» и «Магов на виселицу!»

Я наконец совладал с непослушным телом и кое-как зашагал к микрофону.

Меня бросало то в жар, то в холод, но наконец я прошел казавшуюся бесконечной сцену и дрожащей рукой вцепился в стойку.

Стоило мне выйти, как все мысли «как я сюда попал» и «что делать дальше» куда-то делись. Меня наполнила смутно знакомая решимость, наподобие той, что я помнил по ангару с Алисой и байкерами. И сразу стало понятно, что я должен сказать.

- Братья! Время пришло! Покончим с оккупацией! – прогремел над площадью мой голос.

– И пусть ни один маг, ни одна тварь, ни один оборотень не уйдут живыми! Да здравствует наше движение! Да здравствует наш народ!

Холодный пот выступил на моем лице, когда я осознал, что говорю. И что-то во мне искренне верило в правоту этих слов. Двойственность угнетала, разрывала само мое сознание.

«Да это же бред», - наконец догадался я. 

И картинка стала меняться. Сначала в нахлынувшем тумане скрылись башни Кремля, отчего сутулый начал неожиданно суетиться.

Потом – толпа. И наконец и сам сутулый, и его проклятый микрофон. Мир слился в точку, ставшую вспышкой, и пришлось зажмуриться, чтобы это сияние не ослепило.

Зрение возвращалось неохотно. Зато плечо исправно болело, хотя чьи-то руки умело накладывали на него повязку. 

Терять сознание за последние дни вошло у меня в нехорошую привычку.

- Простите, шеф, - услышал я покаянный голос Кости. – Совсем без крови было никак. Мы не смогли бы разрядить накопившуюся энергию и покинуть границу.

А вы были ближе. Да и Иванну ударить ножом было бы сложнее.

- А где тварь? – прохрипел я.

- Вернулась обратно. Не знаю, что за пули были у вас, но подействовало отменно.

- Хотелось бы надеяться, что она упокоилась окончательно, - тихо добавила Иванна.

Я наконец смог проморгаться и ошеломленно уставился на Костю. Голова его была на месте, причем опиралась она на вполне материальную шею.