Холодный свет

Наш дом – последняя многоэтажка на краю Москвы. Он стоит напротив санатория и прилегающего к нему диковатого лесопарка, за которым начинаются загородные дома и дачи. 

Тропка, ведущая в лес, переваливала через небольшой пригорок. Сюда доезжал маленький японский трактор, служивший для уборки территории санатория. Он нагреб здоровенный сугроб. Дорожка шла вокруг снежного завала, довольно круто взбиралась вверх. 

На склоне Кай дал мне уйти вперед, а минутой спустя я заметил, что он крутит в руках льдинку и коварно улыбается.

Озорной мальчишка. Я знал его повадки. Он начинал играть исподтишка. Как будто нечаянно обзаводился парой снарядов, а потом подбрасывал их вверх. Казалось, они летят по случайной траектории, но один обязательно попадал в меня. 

–Негодяй! – кричал я в таком случае. – Злодей! Ты меня ранил! А ну-ка получи в ответ!

Кай смеялся и убегал за деревья. Так случилось и в этот раз. Мы зашли в лес, потом он бросил льдинку вверх. Легкий снаряд разбился о мое плечо. Я ответил ему парой снежков.

Отличная разминка для стареющего программиста, но только не в тот день, когда «коричневые зубоеды» докопались до беззащитного нерва. Каждое приседание и каждый бросок отдавались в моей голове вспышками глухой ноющей боли. 

Мальчик ушел за деревья. Я встревожился. Становилось темно, и я плохо его видел. Я боялся, что попаду ему твердым куском наста в глаза, боялся, что он нарвется на что-нибудь в темноте. В подмосковных лесах полно битого стекла, которое ждет под снегом. Где-то завыла собака.

Странный был у нее голос, будто она оплакивала умершего хозяина. Кай обстреливал меня. Я тяжело отбивался, чувствуя, как нарастает боль. 

Я достал из кармана спрей и тут же получил снежком в висок. Пузырек полетел в снег. Я наклонился, поднял его. Кай добил меня выстрелом по сгорбленной спине. Я оглянулся, и тут мне в первый раз стало по-настоящему страшно. 

– Кай, – позвал я. Мне показалось, что мы не одни. Что не только он бросает снежки, но и кто-то еще. Кто-то куда более меткий и злой, кто-то, кто метит в больные места: в голову, в незащищенные руки.

 

– Кай!

Он засмеялся в темноте. Снежок ударил куда-то высоко, в запорошенные ветви, и дерево обсыпало меня снегом. Силуэт в полутьме. Мой мальчик – или злой карлик, который собрался нас убить?

–Хватит, Кай! – закричал я.

Кажется, в моем голосе была истерика. Он тут же вышел из-за деревьев. Я, морщась, отряхивал снег с воротника. 

– Я сделал тебе больно? – спросил мальчик.