Иван: Операция "Игла"

Закончив разговор он пару секунд вдохновенно смотрел в стену с начертанным на ней логотипом КБ-банка, демонстрируя процесс анализа информации, после чего объявил,

- Коллеги, на этом заканчиваем наш митап, краткий бриф вы получите рассылкой по электронной почте.

—-***—-

Иван Николаевич тяжело вздохнул. Он заранее представлял разговор со старшим братом. Алексей Николаевич давно и успешно функционировал в недрах партии «Новое время единой справедливости людей», был деловит, собран и успешен.

Младшему из братьев он пытался помочь с работой уже третий раз с тех пор, как тот вернулся из армии, где водил санитарный автомобиль медсанчасти танковой дивизии.

Телефон загудел. Иван посмотрел на экран, тяжело вздохнул и сдвинул зелёный кружок,

- Иван, когда я устроил тебя в лучшее пиар-агентство Москвы, а ты вылетел оттуда через полгода, я понял тебя. Я искренне думал, да, это не его область, она требует определённого кругозора и умения вести сложные переговоры, – слушал Иван Николаевич глубокий сытый баритон брата, - и я думал, что твоя идиотская выходка с хамством менеджерам «Красного прямоугольника» это просто недостаток опыта!

Иван Николаевич чуть слышно вздохнул.

Чёрт его дёрнул тогда ляпнуть, что пытаться рекламировать наряды для БДСМ-вечеринок под песню «Школьные годы чудесные» не пришло бы в голову даже блядям 90-х с Ленинградки? Ну правду же сказал, а они скандал устроили.

- Но ты ухитрился вылететь даже из строительной компании самого Иллариона Филипповича, который относился к тебе пости как к родному сыну!

Иван Николаевич вздохнул совсем неслышно и подумал, что не завидует родственникам Иллариона Филипповича.

И поморщился. Наверное, не стоило всё же ломать челюсть тому хлыщу. Но и меру то в воровстве знать надо! Ему ж работяги такого понарассказывали! Вот он и … того…

- Словом, Иван, больше я тебе помогать не могу! – выдержав хорошо выверенную драматическую паузу сказал брат и закончил разговор.

Иван Николаевич затосковал окончательно, плюнул на всё и вышел из офиса.

Денёк был просто замечательный и, несмотря на все свалившиеся невзгоды, Иван Николаевич улыбнулся. Он, вообще, не умел долго унывать, хотя, порой, приступы чёрной тоски одолевали так, что выть хотелось. Но солнце светило, зелень шелестела, топики на девушках стремились к исчезновению, вечер обещал быть тёплым, а сам он был молодым и, вроде даже, симпатичным.