Сороковник. Книга 2

Мага поднимает голову и смотрит на меня с некоторым недоумением. Видимо, не такого продолжения ожидал: готовился к новым наездам.

– Не откажусь, – отзывается почти любезно.

Ладушки. Мир-дружба, хоть и ненадолго. Доливаю заварочный чайник крутым кипятком, поскольку в составе заварки у нас зелёный чай, а, значит, «женить» её можно неоднократно, получая всё более интересные свойства. Хотя нам достаточно и одного раза. Выждав время для повторной настойки, предлагаю первую чашку, так и быть, утомлённому отвратительной дорогой всаднику, вторую – сэру, и вижу, что любезный мой рыцарь не торопится.

Задумчиво ощипывает с булочки хрустящую ломкую корочку, тянется за салфеткой и вытирает испачканные сахарной пудрой пальцы. Вглядывается в то, что открывается ему одному. И, похоже, немало озадачен.

– Майкл, да? И Ангелика. Вот, значит, как ты их видишь… Что же, пара неплохая. Только разница в возрасте слишком уж существенна.

– Лет через пять она подрастёт, а он, думается, так и останется в одной поре. Сэр Джон, например, никак не тянет на свой возраст, да и твой отец достаточно молодо выглядит.

Мага аккуратно ставит на стол чашку. Уже собран, как перед боем.

– Он здесь? Что-то я не заметил его коня.

– Прилетел, – лаконично поясняет сэр. – Так быстрее.

Суженый мой мрачнеет. Мало того, что переговоры идут не по сценарию – его ещё и опередили. В сумрачном взгляде, обращённом ко мне, узнаваемое выражение: не в первый раз за этот вечер меня прощупывают, переоценивают и пытаются найти слабые стороны. Я не выдерживаю.

– Ты обнаружил во мне что-то новое? Честное слово, Мага, я всё та же.

Он, словно не слыша, катает в пальцах хлебный мякиш. Получает шарик. Закручивает его на поверхности стола, чтоб вертелся юлой, как мы, бывало, в детстве игрались с колёсиками от разобранных будильников.

– Итак, – говорит, наконец. – Гала оставила тебе фамильяра, хотя что ты с ним будешь делать – не представляю. Тебе оставила, не мне. На Ангелику ты воздействовала, не прилагая никаких усилий, просто была рядом; соорудила дурацкую куклу, которой в природе быть не должно и которая набита иномирной энергией под завязку; подогнала под себя мои кольца. Кажется, я зря тебя недооценивал.