Полнолуние для Магистра

Хрупкие кисти подростка, тонкие до прозрачности, с просвечивающими голубыми жилками, с коротко постриженными ногтями – заботами сестры Эмилии. Как они отличаются от её собственных рук, ухоженных, с неброским, но дорогим маникюром, рук библиотечного и архивного работника, часто работающего в перчатках с особо ценными книгами… Лика опять посмотрела в окно.

«Вышел месяц из тумана…»

И поняла, почему совсем недавно он, месяц, показался ей таким странным. Значит, жители этого мира уже не помнят, что такое – полная луна? А как же тогда… этот самый Орден Полнолуния? Откуда-то ведь взялось его название?

Внезапно ей вспомнился Рихард Нэш, магистр оного Ордена, с виду чистопородный аристократ, но вместе с тем ничуть не кичливый; не сноб, не гордец, а просто… Магистр, у которого такая работа: помогать попаданкам.

Ну вот, она и вспомнила свою предысторию. Осознала ответственную миссию и не собирается увиливать от её исполнения. Осталось только решить: а что, собственно, делать дальше? Добывать новые сведения, думать, искать пути выхода из госпиталя. Как-то наладить этой девочке нормальную жизнь, чтобы, возвращаясь через месяц домой, быть за неё спокойной.

И не пропадут ли привычки, которые до этого воспринимались Ликой-пришелицей как естественные? Не растеряла ли она приобретённые навыки? Вот придёт завтра с визитом доктор Диккенс, а она двух слов связать не сможет, забыв, как это делается.

«Как с любым джентльменом. Встать, поздороваться, присев в лёгком полоне, и сесть, если ты встречаешь гостей у себя дома. Или… в комнате, считающейся твоей. Пока ты сама не присядешь, джентльмен вынужден стоять», – робко сообщил чей-то до странности знакомый голос.

Её собственный.

– Ли-ка… – сказала она вслух. И приложила руку к груди, к заколотившемуся сердцу. – Ангелика! Неужели это ты?

Глава 10

Молчание в ответ. Будто некто, высказавшись, не подумав, торопливо шагнул в тень и затаился.

«Лика, девочка…»

Валерия Никольская была старше Ангелики Оулдридж лет на девять-десять, не больше, но сейчас ощутила себя всемогущей и мудрой, а свою тёзку никак не могла осознать выросшей.