Серёга и мясорубка

Он сам не понимал, что его внутренние терзания в попытке осмыслить устройство мира выливаются в строки на экране ноутбука.

- Серег!

- Чего тебе? – Галантный кавалер в Рыбки, это мы давно поняли.

- А дай почитать!

- Что почитать? Вон, у тебя мобильник рядом, читай что хочешь. – Таков современный мир, хочешь почитать – бери мобилу.

- Я твою книжку хочу. Куда можно зайти?

- В смысле? Я никуда её не выкладывал. Так что обломись, моя подруга, обломлюсь с тобой и я.

- Хорош выделываться! Дай уже! Ну хотя бы начало.

- Ладно, начало у меня вроде есть. Только при мне. И потом вслух ничего не говори, я в критиках не нуждаюсь пока.

Оказалось, что книжка, уж не знаем, роман это или повесть, а то и рассказ, называется «Дневник Пустого». Фамилия или кликуха? Да кто ж знает, нам в его опус не удавалось заглянуть ни одним глазком.

«Что мы знаем о человеке?

Это стадное существо, пытающееся выжить в этом мире.

У которого есть идеалы, мечты, желания.

Глава 1. Начало

Я хочу поведать вам историю об одном человеке, который… А в прочем. Все по порядку.

Родился я в небогатой семье одного городского врача, на хлеб и то с трудом хватало. Желая лучшей жизни для сына, родители отдали меня в частную вполне престижную школу. Я и так не смог рассказать им, что видел там лишь боль и страдания, как меня унижали за мое ущербное происхождение.

Когда мне было четырнадцать, отец умер. И ради заработка мне прошлось бросить школу, а может быть, мне хотелось этого более всего.

Самоубийство - как это просто! И все же тогда я был слишком наивен, думая, что мир сможет меня принять. В поисках куска хлеба я набрел на цирк, благо, что владелец был скуп и жесток. Думаете это не плюс? Ну а сколько людей согласится работать в таких условиях, не оттирая меня от заработка? К тому же он не просто дал работу, хозяин цирка приютил столь бесполезного мальчишку.

Глава 2 Цирк. Смех-лучшее лекарство

Говорят, кто в армии служил-тот в цирке не смеется. Что ж, по своему опыту могу сказать, что, когда проработаешь в цирке хотя бы два года, смех теряет всякий смысл. Люди смеются чаще и громче не над чем-то хорошим, не от положительных эмоций, а над тем, что кому-то хуже, чем им. Эгоизм человеческий как отдельный вид искусства.