Гранатовый сок

– СССР взяли Берлин, архивы отобрали. Часть была уничтожена немцами, когда они поняли, что дело плохо, но и того, что осталось, русским было достаточно. Уже в конце сороковых в Союзе появились первые искусственно инициированные нечистокровки. С тех пор основная работа над этим проектом проходит здесь, на территории современной России, в шестом отделе СКОК.

Вспомнив, что я тоже был принят за нечистокровку «из пробирки», я наконец‑то понял, за что меня поначалу так люто возненавидели.

– Значит, вы перебрались из Европы сюда, ближе к штабу охотников… Хотите накрыть их предприятие?

– Их так просто не накроешь, – Стелла мотнула головой.

– А кстати, сколько их?

– По нашим последним данным, около пятидесяти. Возможно, уже больше.

– Всё равно не похоже на многочисленную армию, – я хмыкнул.

– К счастью, в этом плане дела у СКОК идут плохо. Их в девяностые даже хотели закрыть, сняли с государственного финансирования как убыточный проект.

– А в чём причина? Почему дело не пошло? Не хватило силёнок у генных инженеров?

– Силёнок хватило. Все объекты были инициированы успешно. Но вот взять под контроль синдром хищника они так и не смогли. И неудивительно – если даже чистокровные вампиры не могут в этом плане себя контролировать. Короче говоря, мечта Сталина о непобедимой армии не осуществилась – вместо бессмертных воинов со сверхспособностями они получили акул, кидающихся на запах крови, не различающих на поле боя своих и чужих.

– Да уж, облом.

– После долгих лет экспериментов, их генетики пришли к выводу, что проще изменить ген всех остальных людей, чем взломать синдром хищника. Это то, что нас пугает больше всего.

– Звучит довольно бредово.

– Нет, это вполне реально, особенно сейчас, когда у руля встал Каспер, да ещё и внезапно появился некий таинственный спонсор, который за пару лет возродил загибающийся без финансирования СКОК.

– Ерунда.

– Они вычислили, что синдром хищника – это реакция не на саму кровь, а на адреналин, который выбрасывается в кровь в момент пореза или ранения, чтобы сузить сосуды и спасти организм от кровотечения. Вернее, это метаболит адреналина. Адренохром.

– Слушай, – перебил её я, – ну это уже ни в какие ворота не лезет. Я немного знаком с теориями заговора, и больше чем уверен, что всё это собачья чушь.