Adeu. Сон в моих руках

Коты рычали, как голодные тигры, вонзая в противника когти и зубы, а он вращался на месте, беспомощно пытаясь стряхнуть их прочь. Кёфтэ у меня на руках взвыл так, что я стала опасаться за своё лицо, а Мустафа легкомысленно шепнул мне:

— Пусти.

Спрыгнув на пол элегантной меховой молнией, кот в один прыжок добрался до фигуры, и, похоже, стал последней каплей: незванный гость издал пронзительный рёв — и вся кошачья толпа усатым дождём осыпалась на пол. От фигуры не осталось ничего, кроме лёгкого мерцания, но и оно бесследно рассеялось в воздухе.

Вокруг снова сверкал знакомый мне интерьер, а знакомый мне человек сидел за моим любимым столиком, невозмутимо допивая кофе, и руки его больше ничем не напоминали змей.

— Ни в какие ворота, Али-аби, — грустно констатировал Мустафа, наконец отпуская моё плечо.

— Neyle ilgili? [Что думаешь об этом?]

— Hiçbir şey düşünmüyorum, sinirleniyorum. [Я ничего не думаю об этом, я расстроен]

— Anlamıyorum [Не понимаю], — дрожащим голосом встряла я, не зря же учила турецкий почти две недели. — Больше двух говорят вслух, пожалуйста. Я же не говорю с вами по-татарски.

— А можете? — заинтересовался Александр.

— Чуть-чуть. Меня бабушка учила. Что ещё это было такое?

— Это… — начал он, но я с лёгкой паникой его перебила:

— Это сейчас было ваше настоящее лицо, да?!

Александр посмотрел на меня крайне озадаченно.

— Нет, — вкрадчиво проговорил он.

— Уверены?

— Я уверен в своём лице, а ещё в моих руках есть кости. А у Джанголоса есть тяга к неуместным иллюзиям.

— Вы шипели на кота! — я возмущённо ткнула в него пальцем.

— А он шипел на меня, что с того?

Да ничего, подумала я. Выпил мой кофе, превратился в чудовище, нашипел на кота. Всё в рамках приличий.

Потом до меня дошло кое-что ещё.

— А я что, сейчас тоже как-то так выглядела?

— Не переживайте, прошу вас.

— Что значит — не переживайте? У меня были щупальца? Я привыкла к людям с лишними пальцами, а вот такое в мои планы на день не входило.

— Ну и не будет больше. Мы с Мустафой вроде бы придумали, что с этим делать.

— С чем? Кто это был и чего хотел, я ничего не поняла по-турецки. Пока все существа, которые появлялись в поле моего зрения, хотели просто стоять и вести себя как наркоманы.