Год Собаки I. Среди Теней. День 1-3

Синеглазый отвел от меня взгляд и потрепал Илью по плечу:

— А ты… Пойдешь с нами?

Илья глянул на Фрею, потом на нас с Ма.

И просто сказал:

— Пойду.

— Тогда мы забираем его, — решил Грег. — Вы похитили нашу принцессу, мы похищаем вашего друга.

Я дернулся, но Ма мягко остановила меня.

— Пусть идет, — сказала она, а Илье махнула рукой:

— Иди… на три буквы, на стороны все четыре… Но возвращайся.

Илья просиял:

— В лес?

— В закат… — буркнула Ма.

— Это пять букв.

— Исчезни, пока не передумала…

Увидев на моем лице беспокойство, добавила:

— Мы не сможем удержать его в клетке…— она вздохнула.

И положила палаш на пол.

Я огляделся, пытаясь отыскать взглядом Принца, но его снова нигде не было.

Он ушел, не попрощавшись… И я ощутил, что с очередным ходом мы стали еще дальше друг от друга на игровой доске Ритуала.

Интересно, чувствовал ли он ту же самую грусть, что чувствовал я?

Принц не врал.

Ходы были необратимы, ничего нельзя исправить. Сказанного не вернуть.

Ма уловила мое настроение:

— Давай уйдем отсюда… Как можно скорее.

— Давай… — прошептал я.

Илья стоял с абобусами и внимал живописному повествованию Марка о ночных руинах, в которых прямо сейчас начиналось шоу, посвященное открытию сезона. Они выступали на площадке через час, глаза Ильи горели…

Илья ощутил наши взгляды и, прощаясь, помахал рукой. Группа собиралась к отъезду. Он подхватил кофр и чью-то черную сумку с логотипами «Восемь из Восьми».

Отдав последние распоряжения музыкантам, Грег подошел к нам.

— Благодарю вас за участие в турнире, за увлекательные поединки, за ваше великодушие и благородство… Принцесса Ма, может, передумаете?

Ма смотрела в сторону, она словно не замечала Грега. Но потом вдруг в упор глянула ему в глаза:

— Не сегодня.

Ма подала руку, и Грег, склонившись, поцеловал ее. Затем приложил ладонь в перчатке к своей груди.

«Вы разбиваете мне сердца…» — понял я и сказал.

— Ма остается со мной.

Он снял перчатку и протянул руку:

— Мир?

Я молча пожал сильную ладонь. Грег в ответ сжал мою и, подойдя вплотную, прошептал:

— Спасибо за урок… И что не выдал.

И добавил:

— Обидишь ее, наваляю…

В глубине сцены барабанщик ударил по тарелкам, вступила скрипка, а контрабас с виолончелью подхватили ритм, и вальс поплыл волнами в воздухе.

Закружились пары.

Я вел Ма среди вальсирующих, оставив Грега одного.