Кушать подано, Барон

Подковерная возня всегда дико бесила графа. Вместо того, чтобы объединиться против общего врага в виде культистов и агентов влияния с Запада, дворяне вечно крутят интриги, вонзая друг другу ножи в спину. Подобное положение дел уже однажды довело страну до смуты, когда их лишь каким-то чудом не захватили Поляки. Сейчас же все вновь повторялось, и это на фоне возможной войны с Британией!

Когда в дверь постучались, граф уже успел выпить бокал вина, немного успокоившись.

— Войдите, — произнес он, как ему казалось, спокойно.

На пороге оказалась Изольда в сопровождении этого... жениха его дочери.

— Можешь идти, — махнул он Изольде, вот только она с тревогой посмотрела на мальчика, прежде чем выйти.

Но ему должно быть показалось, решил он про себя, этой древней упырихе уже давно все равно чью кровь пить. Если он прикажет, то она, не моргнув и глазом, убьет даже ребенка. Упырей после первой сотни лет, уже нельзя считать людьми.

— Могу тебя поздравить, — процедил Пожарский, — я не так часто меняю свои решения, но ради тебя... все же его изменил!

— И что вы решили? — вежливо спросил парень, вот только графу в этот момент захотелось придушить ублюдка.

По его вине он лишился лучшего друга! Единственное, что мужчину останавливало, что в случившемся виноват сам Вадим.

— Я решил, что не хочу иметь с тобой никаких дел, — выплюнул Пожарский. — Я дам тебе титул Барона и секрет закалки умершего сегодня от сердечного приступа моего лучшего друга! Раз уж ты так хотел стать дворянином, то так и быть! — с ядом он произнес. — Но, с этого дня я ЗАПРЕЩАЮ ТЕБЕ ОБЩАТЬСЯ С МОЕЙ ДОЧЕРЬЮ!!! ПОНЯЛ?! — все же сорвался он на крик.

Слишком больно по нему ударила смерть Успенского, он и так едва сдерживался, чтобы не начать громить все вокруг.

Этот недоносок кивнул, после чего граф указал ему на дверь. Когда дверь за парнем закрылась, Пожарский нанес удар кулаком по столу.

— Сука! — процедил он сквозь зубы.

Все эти подковерные интриги его уже порядком достали.