Ещё больше записок сумасшедшего анимешника

На этом, в его понимании, закончился первый сезон; второй обещал быть особенно важным, ибо в нём сам персонаж Сенсея, наставника героя, должен был почить драматической кончиной...

Но сперва была другая арка. Арка «настоящего злодея» по имени Танака Таро — забитого саларимена, с которым Сенсей встретился в образе Жнеца, даровал ему великую (относительно) силу и заставил воевать против героев, пытаясь «открыть портал в другой мир и выпустить на землю легионы Измерения смерти».

Несколько раз Таро находился в миллиметре от победы, однако Сенсей, который не мог позволить, чтобы злодеи победили, снова и снова тайно приходил на вырочку Коу, поправляя на нём сюжетную броню.

Закончилось всё драматичной битвой на вершине Токийской башни; Таро потерпел поражения, после чего Сенсей стёр его воспоминания и затёр все (почти) следы своих манипуляций... Меж тем Коу впервые сразился на глазах всего мира и прославился как великий маскированный герой — Капитан Япония! И заодно попал в судебный розыск.

Второй сезон неумолимо приближался к своему завершению.

Сенсей, Коу, Кей и Мария немедленно отправились туда, чтобы спасти Землю от неминуемой катастрофы. И они победили, вот только враг, Жнец, в последний момент заставил Сенсея пожертвовать своей жизнью ради Коу (которого сам Жнец, да и прочие обитатели мира мёртвых, считали совершенно незначительным).

Герой потерял наставника.

Друга.

Того, кто заменил ему отца...

Это был страшный удар, трагедия... За которой Сенсей пристально, с упоением режиссёра, который поставил великолепную пьесу, наблюдал и записывал на скрытую камеру.

На этом закончился второй сезон.

Начинается третий.

Куда же теперь Сенсея заведёт его безумие?

Сможет ли Коу оправиться от потери?

В чём заключается тайна деда Марии?

Решится ли Кей продолжить операцию по смене пола?

Всё это, а также подробности половой жизни азиатских черепах вида маринус-аквае вы узнаете (а может быть и нет) в следующих сериях.

Глава 2. Новый учитель

POV Коу

В себя его привёл леденящий утренний свет.

Сперва он смотрел на потолок; потом закрыл глаза и почти бессознательно попытался снова погрузиться в вязкую, болезненную дрёму. Но вот мелькнула вспышка, пламя, чернота; веки его открылись, а лицо приняло болезненное выражение.