Проклятые места

Ты думал, что спал, – она сочувственно посмотрела на мастера Арьяша, – а на самом деле нет – не погрузился до конца в глубокий сон. И на границе между сном и явью, в сильнейшем нервном напряжении, увидел то, чего обычные люди не видят. Призрака. Чем-то ты ему глянулся, этому парнишке-музыканту, раз он повадился концерты устраивать.

– Ничего не знаю, – мастер Арьяш промокнул взопревший лоб. – Я его и на лодке-то не видел. Не понимаю, зачем прицепился.

Рьен прищурился:

– Я ваш портрет набросаю, не против?

О художественных талантах главы отдела убийств мастер Арьяш не знал, удивился, но виду не подал – лишь кивнул согласно.

– Чаёк-то пей, – заботливо напомнила матушка Шанэ. – Может, позавтракаешь?

Мастер Арьяш написал Рьену рано утром, быстро получил ответ («Встречаемся в чайной на Третьем острове») и выскочил из дому, даже не позавтракав. Но до сих пор кусок в горло не шёл. Мастер неловко улыбнулся, вежливо отказался и всё-таки глотнул чаю. Надо же, точь-в-точь, как от прадеда-лесника чай – терпкий, с кислинкой.

– Сегодня ночью он тоже, скорее всего, придёт, – заметила матушка. – Дать успокоительного чая? Защиту тоже могу дать – такую, что даже к твоему дому призрака не подпустит. Но чай, сынок, лучше. Ты же и с защитой изведёшься – не поверишь, что она сработает. А после чая точно уснёшь – быстро и крепко. И никакая скрипка не разбудит.

– А ещё лучше, – Рьен поднял голову от наброска, – если вы вспомните, что вы сыскник. И позволите призраку прийти, и допросите его между делом. Эти актёры на лодке – ушлые и хитрые, с колдовством.

– Нападать нельзя, – согласилась матушка Шанэ. – Двести лет назад умер – и только сейчас появился? Почует опасность – ещё на двести лет исчезнет. Он ведь не тронул тебя, сынок. Два раза приходил – и не тронул. Ему нужно общество. Компания. Слушатели.

Мастер Арьяш растерянно переводил взгляд с матушки на Рьена и обратно.

– Подумайте о допросе, – предложил Рьен. – Даже если парень мерзко играет, послушайте его. А потом осторожно расспросите – имя, где учился музыке, как погиб. Он ведь голубым светился? Тогда его убили – то есть дело парня моё. Может, и лицо получится разглядеть, а я потом нарисую с ваших слов. Выясним личность, найдём лодку... Мастер, напоминаю: вы же сыскник.