Культ крови

Был шанс стать святым, а не убийцей, пустивший огромную реку из крови, разъединяющую простой люд и тех, кто имел власть и силу.

С разных концов Петербурга огромные колонны людей двинулись в сторону Зимнего Дворца. Сжимая в руках кресты, хоругви и портреты благословенного монарха, люди шли за священником Георгием Гапоном, обещавшим привести простой люд ближе к предсказанному Эдему.

На плечах многих дети, люди самозабвенно шли к цели, в них не было страха, ибо не бунтовать они шли, не свергать царя и не учинять разруху.

Обычные рабочие и крестьяне устали от безостановочной работы на многочисленных фабриках и заводах по 12-14 часов шесть дней в неделю, им надоело жить впроголодь, наблюдая за тем, как господа и владельцы их предприятий живут в роскоши и достатке. И посему единственное, что осталось загнанному в тупик народу это обращение к своего предводителю, сыну своего отца, Николаю Александровичу Романову, ныне прибывающем в ссылке под Екатеринбургом.

Виктор, тогда одинадцатилетний мальчишка, который уже как год трудился, в невыносимо суровых условиях одной из многочисленных фабрик, присоединился к шествию со своим отцом. Тихомир был крепким и сильным мужчиной, то был единственный родной человек. Остальных унесла война и болезни.

Мать умерла при родах третьего ребёнка, который унёс её с собой в могилу, старшая сестра погибла в младенчестве из-за неизвестной болезни. И теперь он-средний сын с отцом, остались одни против всего света.

Чтобы прокормить последнюю родную кровиночку, Тихомиру Яковлевичу пришлось работать за троих, пренебрегая профессиональным образованием Виктора. Но тот не смел жаловаться, основам математики и грамматики он научился от сердобольных вдовушек, живших по соседству.

Ещё совсем юный Виктор помнил ту атмосферу, царившую в толпах людей, он чувствовал, как накаляются и пылают сердца демонстрантов, он слышал, как люди поют псалмы, уповая на Господа и милость их государя.

Когда они достигли Нарских ворот, то за место делегации и царя людей встретили солдаты. За место правителя заговорили залпы винтовок, всадники на резвых конях начали сечь шашками тех, кто миром хотел добиться ослабление тяжкого гнёта. Конница топчет толпу, две сотни солдат ведут огонь на поражение, не стесняясь убивать и детей. Отца Виктора поразила шальная пуля, разорвав тому сердце.