Аргус

— Да живой я, живой! Только не трогай меня! — отмахнулся я от него и, натянув на себя тонкую простынку, очень кстати обнаружившуюся под рукой, сел и огляделся.

Помещение, в котором я оказался, было не похоже ни на что из того, что мне доводилось видеть. Просторное, с высокими потолками, оно было совершенно белым. Ни единой пылинки! Настоящая операционная. Только огромная.

— Показатели стабильные. Сердцебиение, давление, ментальная активность в норме! — сообщил уже знакомый женский голос. — Энергетическая активность повышенная.

Я повернулся на голос.

В полуметре от меня сидела немного полноватая женщина лет пятидесяти. Она была облачена в длинный, до пят, белый врачебный халат, на голове возвышалась такая же белая шапочка. Она походила на строгого доктора из какого-то старого доброго фильма, и в молодости наверняка была очень красива.

На меня она не смотрела. Всё её внимание было обращено на стоящие перед ней многочисленные мониторы. Мигали лампочки, тихо шумели необычного вида медицинские приборы.

Как ни странно, на мне никаких датчиков не было. Уж не знаю, по какому принципу эти приборы работали, но они умудрялись снимать все мои показатели на расстоянии.

— Вы кто? — спросил я её.

— Элеонора Юрьевна, Аргус-Целитель! — отозвалась она, не отрываясь от приборов. — И постарайтесь не нервничать! Вы сбиваете мне всю клиническую картину!

— Элеонора, ты бы с молодым человеком поласковее! Всё-таки он только что оправился от отравления, да и от Инициации ещё не отошёл.

Я повернулся на звук. В углу, широко расставив ноги и облокотившись на витой деревянный жезл, украшенный многочисленными сложными орнаментами, сидел мужик причудливого вида. На вид лет шестьдесят, крепкий, среднего роста, с располагающими чертами лица и короткой седой бородой, тянущейся от уха до уха.

Таким людям хочется доверять, они запросто становятся министрами и даже президентами.

Одет он был приметно. Широкополая кожаная шляпа, кожаный же плащ, высокие сапоги, жезл как у волшебника. Вроде бы безвкусно, но на нём смотрелось стильно, подчёркивало индивидуальность.

— А вы...

— Владлен Николаевич, — произнёс он, протягивая мне руку.