Аргус

— А в каком году произошло падение Римской Империи? Страшная дата! Это ваша история, молодой человек! Вы должны её знать!

В этот раз он попал в точку. Земную историю я всегда любил и знал её относительно неплохо.

— Ну, тут называют разные даты. Кто-то считает, что в 410, а кто-то говорит и про 476. Смотря как считать...

— Смотря как считать! Настоящие профаны! Любому идиоту очевидно, что Римская империя пала в 475 году! — проревел Архивариус, но при этом пояснять ничего не стал. Теперь он звучал более благосклонно.

Я выдохнул. Наконец-то мы добрались до сути!

— Дело в том, что я стал свидетелем странного ритуала. Жертвоприношения. Трое людей были убиты на обелисках, испещрённых Знаками. Я их запомнил и хотел бы, чтобы вы помогли мне их опознать...

— Жертвоприношение, значит? Страсти и кровь. Такое я люблю! — замахал он конечностями.

Свет, всё это время совсем неяркий и освещавший только крошечный пятачок, на котором мы с ним располагались, вспыхнул с новой силой, и теперь я мог полноценно оглядеться.

Ещё по гулявшему в помещении эху я мог догадываться, насколько огромным оно было. Но только теперь я мог оценить весь масштаб.

Это был подвал, но поразительно сухой, с высокими потолками и невероятно огромный. Он наверняка в разы превышал размеры здания, под которым располагался.

Ну а самое главное — он был доверху завален самым разнообразным историческим скарбом. Оружие, картины, разнообразные вазы, огромные шкафы с древними фолиантами, какие-то котлы с булькающими в них подозрительными субстанциями, небрежно побрасанные на полках драгоценные украшения, парочка королевских тронов, несколько высокотехнологичных девайсов, утыканных кнопками и проводами, — здесь было, кажется, всё и даже немного больше.

Такого буйства предметов не было даже в Обители Совета Аргусов! При этом предметы, разумеется, были необыкновенными и вряд ли хотя бы малая их часть была произведена на Земле. В своём настоящем виде они сверкали так ярко, что я тут же бросил все попытки использовать Истинный взор. При такой выкрученной до максимума яркости и ослепнуть недолго.

О каком-то порядке говорить не приходилось. Кажется, здесь царили хаос и абсолютная анархия.