Русалочка под прикрытием

– Мам, не начинай, – попыталась остановить ее Аннет, но женщина властно отодвинула ее за спину.

– Иди в дом.

Аннет сочувственно посмотрела на отца и поплелась к дому.

– Ты безответственный трудоголик, которому плевать на свою семью.

– У меня нет семьи, – процедил Марвин, вытаскивая сумку и дрожащими от напряжения руками ставя на землю, – у меня только Аннет.

– Вот именно! – продолжала женщина. – Меня ты уже потерял, хочешь потерять и дочь?

– Софи, не говори глупостей, дочь я терять не собираюсь.

– Это мы еще посмотрим, – зашипела она прямо в лицо Марвину, – я хочу, чтобы Клаус удочерил Аннет, а ты остался только нашим прошлым.

– Этот имбицил-перерсток захотел стать отцом моей дочери? Да у него в голове одна извилина, да и то бракованная. Идея явно не его, зачем тебе это?

– Клаус богатый человек, ему нужна полноценная семья, дети.

– Наследники? – Марвин покосился на бывшую жену. – Из меня ты выжала все, что можно, теперь хочешь, чтобы новый муженек платил алименты, но теперь уже другого масштаба? Нет, дорогая, дети — это не игрушки, чтобы по щелчку пальцев менять им родословную.

– Вот этим вопросом я и собираюсь заняться в ближайшее время, – брызнула слюной Софи, разворачиваясь и идя к дому, – с твоим отношением к дочери не думаю, что у меня возникнет много проблем.

Из дома навстречу ей вышел Клаус, двухметровый загорелый качок, пожал руку Марвину, от чего тот скривился, подхватил спортивную сумку Аннет, закинул на плечо и вернулся домой.

Марвин остался стоять около машины, глядя на то, как закрывается дверь в еще недавно его родной дом.

Глава 2

– Драка должна быть честной, – выкрикнул я, запуская бутылку в голову силурианцу.

– Согласен! – в меня тут же прилетела миска с водорослями. Драка грозила перерасти во что-то более серьезное, но тут воздух разрезал звук выстрела и из-за стойки вышел хозяин с пятиствольным дробовиком в руках.

– Не сметь громить мой бар!

Тут же потянулись вверх руки, кладя на столы пачки банкнот. Хозяин прошелся, собрал их все и удалился за барную стойку невозмутимо протирать стаканы.

– Так что, Имперский индюк, – раздалось из-за соседнего перевернутого стола, – будешь драться по-мужски или продолжишь кидаться бутылками как девчонка?

 Я, конечно, за себя не обиделся, но вот  за Империю обидно.