Тайная Волшебница

Однако ответ существа, что последовал после некоторой паузы, был еще более странным.

— Пока — да. Но уже очень скоро — нет.

И не дав ему времени обдумать эти туманные слова, существо зевнуло — это у него было, как уже понял Денис, не проявлением лени, а предостерегающим знаком! — и тут же пролаяло, совсем как тявкающая в лесном пролеске лиса, выходя на охоту:

— Можешь задать еще вопрос — и потом уходи.

Теперь его глаза были холодны и злы. Существо отчего-то нервничало и уже дважды украдкой оглянулось в сторону улицы, край которой был виден в просвете между пустующими домами, ожидающими тут слома.

Денис понял, что время расспросов прошло. Хотя ему хотелось спросить этого лисовина о многом — о пяти людях Берендея, о его задании, о странном сарае, куда отныне Денис не должен приходить. Наконец, о том, какого черта явился сюда этот получеловек-полулиса и качает тут права!

Но в итоге Денис счел, что будет лучше сохранить благоразумие, и тихо, но твердо спросил:

— Что здесь делаете вы — Городские Охотники?

С минуту существо мрачно смотрело на него, а затем неожиданно выпалило стремительной скороговоркой, точно заученное стихотворение или клятву:

— Городские охотники шныряют по улицам, заглядывают в окна, вынюхивают в подворотнях, шарят в подъездах, проверяют транспорт, залезают в дома, заглядывают в души, прочесывают леса, роют в полях, исследуют тексты, разгадывают тайнопись, извлекают корни, собирают улики, изучают науки, обследуют трупы, следят за живыми и решают вопросы.

Оно умолкло, после чего медленно облизнулось и глухо проворчало:

— Выбери из этого то, что тебе больше нравится! А затем, маленький волшебник — убирайся!!

Оно резко выбросило вперед когтистые лапы, едва не чиркнув костяными крючками футболку на груди Дениса, и выдохнуло какое-то гортанное, лающее слово.

В тот же миг Дениса отбросило в сторону!

Он с размаху ударился о замшелые бревна заброшенного дома, а потом, как в тумане, повернулся и бросился прочь из этого тягостного двора.

Денис перепуганной мышью протиснулся в просвет между двумя покосившимися стенами и спустя мгновение был уже на улице. По ней шли спокойные и улыбчивые люди, их голоса были будничны, а лица веселы или озабочены.

Все было как всегда, кроме одного человека, сломя голову бегущего по тротуару с огромными глазами, на дне которых бултыхались целые озера страха. Это был Денис Котик.