Маркус #6. Маг из другого мира

Всё дело в том, что Правитель Мира, как и следует из его титула, владеет силами лишь одного мира, а вот существа, отмеченные меткой судьбы, могут стать проводниками силы всего Мироздания! На краткий миг подчинить себе невообразимую мощь, состоящую из частиц бесчисленного множества миров!

Возникла пауза, рассказчик запыхался. Не знаю, как это возможно с неодушевлённым созданием, по сути, являющимся инструментом, созданным руками древнего мага, но как минимум выглядел старик именно так.

В наступившей тишине я не стал молчать, решив слегка поторопить старика.

— Раз метка судьбы обладает подобной властью, таким могуществом, то зачем всё остальное? Зачем подготовка? Зачем союзники? — а потом слегка отклонился от истории старика, вернувшись к реальности, вернувшись к своей судьбе. — Да и не чувствую я в себе связи с мирозданием.

Сгорбившийся старик вдруг резко расправил плечи, его глаза вспыхнули фанатичным огнём и он, еле сдерживаясь, произнёс.

— Подожди, подожди, мы почти подошли к настоящему, но перед этим всё же стоит осознать прошлое!

В целом, я был не прочь узнать завершение истории про Правителя Мира, но вот резкое изменения настроение старика мне не понравилось.

— Когда Безымянный осознал, кто он и какими возможностями обладает, когда понял, что у остальных метки судьбы находятся в спящем состоянии, тогда он решился напасть, но перед этим он уже создал совет древних. Безымянный предполагал, что они смогут объединить метки судьбы, а значит, и силы, но из этого ничего не вышло.

В совет же могли вступить лишь те, кто обладал меткой и одновременно силой. Поняв бесполезность союзников, Безымянный не отказался от своего плана, он впитал в себя силу мироздания и атаковал Правителя Мира, после чего умер.

Ближе к середине рассказа я примерно предполагал, куда именно клонит старик, поэтому стоило ему косвенно подтвердить мои домыслы, как я спросил.

— Умер?

Огонь в его глазах к этому времени почти исчез.

— Да, не существует человека, способного выдержать столь великую силу.

Любой, кто решит её использовать, умрёт, — смотря только мне в глаза, он продолжил, медленно проговаривая слова. — Почти любой.

Это был первый раз с начала разговора, когда старик столь явно начал играть словами. Я не выдержал и довольно резко произнёс:

— Не стоит затягивать, мы не в театре и нагнетать дальше нет смысла, я и так тебя внимательно слушаю. Ну же!

— Тени!

Его глаза вновь вспыхнули. Ненависть сквозила в его крике.