Запредельность

Помните сказку? Самое сладкое молоко — на блюдечке у печки!

— То есть...

— То есть на званых обедах я потчевала гостей куриным бульоном на корешках, домашней лапшой с бабушкиным соусом, старой доброй кашей с изюмом... Конечно, названия блюд пришлось изменить, дабы мозг не обманул желудок. И люди восхищались, возвращались, звали других. Они думали, что приходят тешить свои рецепторы и любоваться на ветхое дитя архитектора-гения. Но на самом деле их притягивал дом, понимаете? Не стены и крыша, а ощущение дома, для многих почти забытое.

Артур положил на стол последнюю сухую тарелку. Какое-то время он обдумывал сказанное.

— И вы, мисс Браун, — наконец произнес он, — утверждаете, что все идеи зародились в вашей голове? В этой самой голове под чепцом? В таком случае, вы должны быть или очень пронырливой, или непостижимо умной...

— Это как вам угодно, — сказала Фада.

— Тогда какого черта при вашей сообразительности вы похоронили себя среди кастрюль? Вы могли бы.

— Стать машинисткой? Поменять салатницы на листы бумаги?

— Нет, я не то имел в виду. Вы могли бы выйти замуж...

— Ах, вы считаете, что мне бы удалось так же выгодно преподнести себя, как и этот дом? Благодарю за признание, но это не решило бы моих проблем.

— У вас такие серьезные проблемы?

— Видите ли, когда-то я была очень самонадеянной и натворила много беспорядка в жизни. Если бы только в своей... Теперь приходится восстанавливать равновесие.

— Ну, наводить порядок у вас получается безупречно, — смущенно протянул Артур.

— О, у меня огромный опыт.

— Не может быть, вам же... Простите, если покажусь нескромным, но сколько вам лет?

— Больше, чем вы можете себе представить.

Повисла неловкая пауза. Мисс Фада Браун убрала посуду в шкафчики, расстелила новую скатерть и завернула в бумагу начищенные до блеска столовые приборы.

— Я... я все-таки хочу понять, — нарушил молчание Артур. — Мне не ясна ваша выгода. Помочь брату выйти в люди и только потом взять деньги за свою работу.

— А на кого похожа? — вдруг спросила девушка.

Она приблизилась к молодому человеку, и тот почувствовал, что не может оторваться от ее глаз. Темные озера в обрамлении длинных камышей — нет, не озера, ведьмины топи, древние, как сама земля, зовущие куда-то далеко, где есть ответы на все загадки, где стерты границы, разделяющие мир.