Сумеречный кукловод

Ну совершенно невозможно сердиться на тех, кто готов на все, чтобы ее порадовать даже в мелочах. Собственно, из таких мелочей жизнь и состоит. Глобальные радости в ней тоже должны быть время от времени, но ежедневная доза счастья прячется в маленьких прекрасных вещах, среди которых любимая еда занимает далеко не последнее место.

Остальные уже дожидались их в кафе и даже успели выпить по чашке кофе, а некоторые в лице Эльзы и не одну. Привычный, до мелочей знакомый зал сегодня показался Тари особенно уютным. Мягкий леденцовый свет ламп, тепло и неповторимая смесь запахов становятся еще лучше, когда за окнами высотой во всю стену льет нескончаемый холодный дождь и бушует ветер.

— Я все-таки закажу оладьи, — заявила Тари Мареку, устраиваясь рядом с ним на диванчике среди разноцветных подушек.

— Кто бы сомневался, — прокомментировал Вацлав.

— Да ну вас, — надо бы опять сделать обиженное лицо, но уже надоело притворяться капризной больной. — Лучше скажите, почему рабочий день начинается у нас меж двух мостов, а не в библиотеке?

— Потому что тут хорошо, — ответила Эльза, провозглашая истину, не подлежащую сомнению.

— В библиотеке тоже хорошо, но нужно разнообразие.

— Разнообразие, Тари, — Вацлав назидательно поднял руку, сжимающую крохотный сэндвич, — а не одни и те же оладьи из года в год.

— Да я в Праге и года не живу, — возмутилась Тари, серьезно задумываясь о том, чтобы назло всем остаться голодной.

— Хорош дразнить девочку, — вступилась Эльза.

— Согласен, — Вацлав покаянно развел руками.

— Если уж кого-то попрекать чрезмерной верностью пристрастиям, так это тебя, — он кивнул на красноречивое скопление кофейных чашек возле Эльзы. — Из них можно строить Вавилонскую башню.

— Ой, подумаешь, — хмыкнула в ответ та. — Меня этим не проймешь. Сейчас еще закажу.

— И как ты вообще умудряешься засыпать после такого количества кофеина? — Богдан покачал головой.

— Легко! — с гордостью ответила немка.

И действительно, невероятное количество поглощаемого кофе никак не мешало ей в работе.

Засыпала Эльза как младенец, причем зачастую даже без Ядвигиных эликсиров и Вацлавского гипноза.

Неизвестно, как долго еще длилась бы пикировка на тему предпочтений в еде и напитках, если бы эту самую еду не принесли. Томаш расставил тарелки и унес опустошенные Эльзой кофейные чашки, которые та по совету Вацлава выстроила таки в башню.

Какое-то время все просто ели, перебрасываясь короткими репликами.