Сумеречный кукловод

Ты хочешь, чтобы из страха и отвращения к этому месту я сплела что-то вроде сетей на здешних обитателей?

— А ты умница, — по виду Отакара было ясно, что сообразительность Тари он считает исключительно своей заслугой. — Только не сеть, а что-то вроде стены. Представь себе подобие кирпичей или блоков, каждый из которых ты щедро пропитываешь страхом, ненавистью, отвращением к этому месту. А затем мысленно клади кирпичи вдоль настоящих стен этой комнаты. И так нужно выложить каждую из четырех стен от пола до потолка. Поначалу будет долго и сложно, но чем дольше и чаще будешь практиковать эту защиту, тем легче будет получаться.

Для начала попробуй создать хотя бы один ряд той стены, что слева от тебя, а я займусь остальными.

Вроде не так уж сложно, но как-то неприятно вытаскивать из себя страх и злость словно паутину. Тот же синий огонь, который она использовала в пространстве сновидений, скорее всего, имеет схожую природу, но есть что-то в нем все-таки более честное, хотя…

— Эй, если ты решила “наполнять” свои кирпичи рефлексией, то лучше не надо.

По глазам вижу, что как в твоей голове заворочались этические дилеммы. В них, конечно, тоже можно увязнуть, но для этого надо быть человеком, а мы строим защиту вовсе не от людей. Их нужно удерживать чем-то простым и сильным.

— Сам же говорил, что источник энергии не имеет значения, — не преминула напомнить Тари.

— Разумеется. Но моральные самокопания отнюдь не источник энергии, скорее они — бездонный колодец, куда люди эту энергию спускают.

И ведь даже не поспоришь, хотя очень хочется.

— Ладно, убедил, — нехотя согласилась Тари. — Скажи, а против тех тварей, что я видела в нашем мире ты предлагал использовать ту же технику?

— Во-первых, я тебе ничего не предлагал. У меня была задача заманить тебя домой, если помнишь. И вовсе не для того, чтобы научить сражаться со всем потусторонним злом, имевшим неосторожность попасться тебе на глаза.

— Хочешь сказать, что ты врал и не знаешь способа с ними справиться? И что его не существует?

Наверное, сейчас это уже совсем неважно, но Тари прямо таки задыхалась от гнева.

Причем злилась она не столько на Отакара — он изначально подлец, что с него взять — сколько на себя. Это же надо было быть такой идиоткой и попасться в мышеловку, где даже сыр ненастоящий.

Зато Отакара явно не мучили угрызения совести на сей счет.

— Ну почему же, — на этот раз он говорил без обычной уверенности, словно размышляя. — Против них можно использовать примерно тот же принцип.